Поиграем?
— Вы манипулятор. Провокатор. Дрессировщик. Только знаете что, я вам не собака.— Конечно, нет. Собаки более обучаемы, — спокойно бросает Зорин.— Какой же вы все-таки, — от злости сжимаю кулаки.— Какой еще, Женя? Не бойся, скажи. Я тебя за это не уволю и это никак не скажется на твоей практике и учебе.— Мерзкий. Гадкий. Отвратительный. Паскудный. Козел, одним словом, — с удовольствием выпалила я.— Козел выбивается из списка прилагательных, но я зачту. А знаешь, что самое интересное? Ты реально так обо мне думаешь, — шепчет мне на ухо.— И? Что в этом интересного?— То, что при всем при этом, я тебе нравлюсь как мужчина.#студентка и преподаватель#девственница#от ненависти до любви#властный герой#разница в возрасте
— У меня нет цели выглядеть лучше перед кем-либо. Скорее наоборот.
И ведь правду сказал, нет у меня такой цели. Только сказать открыто, что могу избить мразь, даже если она окажется женщиной, почему-то не решаюсь. Хотя, ясное дело, почему. Не с такой как Женя это обсуждать. Она не поймет. Мало вообще кто поймет.
— Я была не права. Извините за то, что реально ударила вас шокером. Это недопустимо. Хотите ударьте меня в ответ, — усмехаюсь в голос.
— Я не настолько сногсшибательный. Удачной тебе смены.
Хорошая девочка Женя. Ведь хорошая? Наверное, все же да, несмотря на испорченную с детства жизнь.
Глава 8
Не может жизнь баловать четыре дня подряд. Всему рано или поздно приходит конец. Несколько дней назад я как ребенок радовалась тому, что Зорин забил на студентов из-за внезапной повальной заболеваемости медперсонала отделения и передал нашу группу тупоголовому интерну. А вот сейчас я прочувствовала всю «прелесть» сего хаоса на себе. Я — в панике. И вовсе не от того, что работаю уже четвертый день подряд по двенадцать часов в день.
Во-первых, больше заработаю, во-вторых, на занятиях я как бы присутствую и ничего отрабатывать мне потом не придется, за это, конечно, спасибо Зорину. Хотя, по большому счету, благодарить его не за что, так как он сам попросил меня выходить на смены, ибо просто тупо почти некому работать. И все бы было супер, если ли бы сейчас, рассматривая в руке катетер, я бы не впала в ступор. Я тупо не умею делать катетеризацию мочевого пузыря мужчинам. Хуже всего, что помощи мне просить не у кого, ибо этого почти никто не умеет с нашего отделения.
"За прошедшие четыре дня, после моего удара шокером, он обратился ко мне лишь однажды на занятии с просьбой взять дежурства. Все. Больше ни слова. Не знаю какие мысли у него на мой счет, но я его всячески избегаю. Даже на пятиминутках ни разу не посмотрела ему в глаза.
— Ты чего? — поднимаю взгляд на Тамару Николаевну.

















