💎Мачеха Золушки - Попаданка

Обманутая братом леди назвала сына его именем — так любила его или так возненавидела? — Это правда, герцогиня ему благоволила, да и отец ваш до своей смерти иногда делал именные взносы на содержание мальчика. Отчеты по этим тратам мы отправляли вашему управляющему, уверена, они тщательно подшиты в расходные книги.

— И... что вам известно об этом молодом человеке? Кто он таков, кто его родители?

— Я, ваша светлость, сплетен не разношу, как вам известно. Мальчика подкинули под двери монастыря новорожденным, кто родители — неизвестно. Отличался он от других ребятишек лишь тем, что нашли его в шелковых пеленках.

А на следующий день юная леди пришла в наш монастырь и попросилась постричься монахиней. Она отринула свое прежнее имя, так что назвать я его не могу, приняли ее как послушницу Афинасию. Да только больна она была, будто в горячке, еле ходила, и грудь болела и молоко пришло. Будто бы недавно родила. Прежняя-то настоятельница и решила, что это воля богов, и попросила ее новорожденного сироту-то выкормить.

Вот какова была «официальная» версия произошедшего, чтобы ребенок не считался байстрюком, чтобы дать ему новое имя и новую фамилию.

Если бы брат все же опомнился в последний момент и женился на леди, та «опознала» бы в сироте своего рожденного до брака ребенка, а нет так нечего мальчику судьбу клеймом незаконнорожденного портить. В общественном сознании быть сиротой-подкидышем лучше.

— Я могу поговорить с этой... послушницей Афинасией?

— Она приняла постриг и перестала быть послушницей, — исправила меня настоятельница.

— Хорошо, я могу поговорить с этой монахиней?

— Нет. Она погибла через несколько лет, пусть дороги богов будут для нее открыты, — настоятельница вновь сделала знак, отгоняющий зло.

— Она утонула. Говоря по секрету, некоторые считают, что утопилась, но места у нас тут такие, речка бурная течет, а она как раз пошла на мостки стирать. Может, и поскользнулась.

Глава 126

Грегори

Стоя на могиле послушницы Афинасии, я думал о том, во что мой брат превратил судьбу этой женщины и своего сына. Зачем? Ради чего? Я не знал ответа на эти вопросы. Мне удалось поговорить с несколькими монахинями, которые когда-то были ее подругами, и они единогласно называли бывшую леди Макрис кроткой и любящей женщиной, которая искренне привязалась к «подкидышу».

Еще рассказывали, что при Афинасии была служанка, не принявшая постриг, но жившая в монастыре на послушании. После смерти девушки она присматривала за ее сыном. Вероятно, это была та самая няня, которая приходила раскрыть глаза на подлость брата Ванессе. По сути, именно она стала его воспитательницей и единственным по-настоящему родным человеком после смерти матери. Она прожила в монастыре все время, пока мальчика не отправили на обучение.