Мадам Белая Поганка

– Снято! – крикнул Димон.

Волк встал, поднос с лимонами упал на пол, и я увидела, что перед нами Никита.

– Господи, – всплеснула руками Рина, – в следующий раз предупреждай, когда решишь так нарядиться. Где ты взяла шкуру хищника?

– Она из синтетики, это карнавальный наряд, – объяснила Бровкина, – валялся у нас в кладовке. Кто-то подарил Ивану Никифоровичу на день рождения. Здорово, что я вспомнила, да? Костюм отличный, прямо настоящий волчара, да негде его выгулять. Вот сегодня он и пригодился!

– Да уж! – согласилась Рина. – Эффектно Кит появился! Щенки описали одеяло!

– Зато мы сняли шикарный фильм, – зааплодировала Ада.

– Что у тебя с лицом? – спросила я.

– Какая-то проблема? – удивилась Дюдюня.

– Половина белая, половина разноцветная, – ответил вместо меня Иван.

– Плохо стерла макияж, – расстроилась Ада Марковна, – я спрятала в руке влажную салфетку. Выпила чай и незаметно поводила ею по лицу, чтобы удалить раскрас больной женщины. Что, очень страшно выгляжу?

– Отлично получилось, ты всегда такая, – похвалил Коробков. – Скажи «спасибо», что картинок из анатомического атласа не видела. Вот там жуть жутчайшая!

Глава двадцать четвертая

– Тебе понравится спать вечным сном в таком месте? – спросила Ада, когда мы вышли за ограду кладбища и направились к машине.

– Мне все равно, я никогда не увижу свою могилу, – ответила я. – Поехали в офис мемориального погоста.

– Лучше пойдем пешком, – возразила Дюдюня, – дом совсем рядом, хоть свежим воздухом подышим.

Мы двинулись по направлению к желтому особняку с белыми колоннами, с трудом открыли тяжелую дверь и оказались в темном холле, где на полу лежала красная дорожка.

– Просто какая-то машина времени, – пробормотала Ада Марковна, – возвращение в юность.

Начало шестидесятых, мне восемнадцать, я отправилась в подмосковный дом отдыха. Мое первое дело. Дом творчества писателей. Я жила там, прикидываясь поэтессой, два месяца.

– И как? Понравилось? – полюбопытствовала я, дергая дверь в стене. – Заперто!

– Литераторы оказались падки на юных дев и не дураки выпить, – ответила Ада Марковна, пытаясь открыть створку справа. – Никто там не творил. Все бегали по ночам в разные номера, звенели стаканами до утра. На завтрак приходили элегантные старухи и я.

Остальные оживали к полднику, пили чай с булками и вещали: «Сегодня начал работать над романом». Старушки иронично поднимали брови, а я прикидывалась дурочкой, которая в восторге от того, что общается с творческими людьми.

– Женщины, вы кого ищете? – проскрипел чей-то голос.

– Хотим заказать экскурсию по мемориальному кладбищу, – сказала я.

Послышался скрип, из темной части холла появилась полная женщина.

– Вы кто?

– Любители путешествовать по Подмосковью, – нашлась Ада Марковна.