Малая: Жизнь после тебя

Пуля с грохотом отрывает кусок от балясины, но цели не достигает. Фигура, дернувшись, и исчезает.

С-сука.

В два шага перемахнув ступени, я взмываю наверх и едва успеваю отшатнуться: в грудь летит очередной заряд дробовика. Стрелявший — отброс из компании Рыжего: конченный урка и торчок.

Промах обходится урке дорого: следующий мой выстрел вспарывает ему живот. Выпучив глаза, он оседает на пол. Я чертыхаюсь. Мокруха давно вышла из моды и совсем не входила в мои планы. Оружие я попросил взять Шамана на всякий случай, и как выяснилось не зря. Отморозки на то и отморозки, что не видят краев.

Обойдя корчащееся тело, я одну за другой толкаю двери. Пусто, пусто…

Третья оказывается запертой. Оттолкнувшись от стены, я бью подошвой в замок. Не поддается. Значит, оно.

Пинаю снова и снова, до тех пор пока дверь хрустко не ударяется в стену, открывая пугающую картину. В комнате размером с собачью клетку на промятом диване, свернувшись калачиком, лежит малая. А вокруг нее кровь. Очень много крови.

Столько я видел лишь однажды, и предпочел бы никогда об этом дне не вспоминать.

60

— Малая… Малыш… Линда… — Эти слова вылетают на автомате.

Ее лицо в моих ладонях мертвенно-бледное, неживое. — Ты что наделала, а?! Зачем? Ну зачем?!

Ее левой запястье перемотано марлей, которая насквозь пропитана кровью, рядом с диваном валяется осколок стекла.

Несколько секунд Линда смотрит на меня так, словно не узнает, и лишь потом ее губы начинают шевелиться. Приходится наклониться, чтобы расслышать, что она говорит.

— Ты правда за мной приехал? Это ведь не галлюцинация?

В горле встает ком. Сколько же дерьма она на свою долю хапнула.

— Приехал, конечно. Я всегда к тебе приезжаю.

Ее глаза, кажущиеся неестественно огромными, наполняются слезами. Зажмурившись, малая начинает беззвучно реветь.

Мне страшно ее трогать. Лужи крови на полу — это ее. Надо вызывать скорую… Похер на труп. С ним как-нибудь потом разберемся.

— Куда ты звонишь? — Его ледяные пальцы протестующе касаются моей щеки.

— Тебе нужен врач.

Она испуганно трясет головой.

— Нет-нет. Не надо никаких врачей. Они решат, что я хотела покончить с собой…

Ошарашенный, я машинально сбрасываю звонок и оглядываюсь.

— А это разве не оно?

— Меня собирались изнасиловать.

 — Оперевшись о стену, Малая предпринимает безрезультатную попытку сесть и обессиленно опускает голову на подлокотник. — Один из них по-крайней мере. Я не знала, как защититься… Здесь же совсем ничего нет… Разбила окно локтем… А когда он вошел… — Ее приглушенный голос истерично взвивается. — Я просто не знала, что еще могу сделать и полоснула осколком по запястью… Думала, если будет много крови, он не станет меня трогать…

Я слежу за движением ее губ, не в силах выдавить ни звука.