Малыш для стервы и холостяка

 — Из какого вы класса, молодой человек?

— Простите, я здесь не учусь, просто пришел за сестрой, — смиренно ответил Рихтер и отпустил Риту, прошипев ей перед этим на ухо: — Даю тебе неделю!

Она показала ему язык и моментально улизнула, с мстительным удовольствием оставляя Рихтера в лапах разгневанной Натальи Петровны.

— Документы есть? — вопрошала завуч грозно. — И кто вас вообще впустил?

«Угрожать мне он еще будет», — весело думала Рита, пока бежала по коридору на урок. — «Ну-ну!»

А через неделю она вместе с мамой сидела у директора в кабинете. Рита была настолько растеряна, что слышала его гневную речь через раз. Отдельные слова, которые вспыхивали в мозгу красными сигнальными огнями.

«…многократное физическое и психологическое насилие… дочь уважаемого человека, который спонсирует нашу гимназию…ставим вас на учет в детскую комнату милиции… отчисляем или сами переведетесь?»

— Сами, — еле слышно сказала мама.

А когда они вышли из школы, она с размаху дала Рите затрещину, да такую, что у той перед глазами потемнело.

— Дура, — констатировала она со вздохом. — Вся в папашу. Такой шанс просрала.

Рита сжала зубы и длинно выдохнула, пытаясь успокоиться. Прошлое уже прошло. И ей плевать с высокой колокольни на мнение Марка о ней.

От души потискав Арсюшу и повалявшись с ним на ковре, Рита пошла на кухню — пора было разогревать парню обед. В конце концов, из двоих взрослых, которые сейчас находятся в этой квартире, именно она по факту отвечает за малыша. А Рихтер так — бесплатное приложение, от которого толку как от козла молока.

На писк микроволновки, разогревшей овощное пюре с индейкой, шустро приполз Арсений. Рита покормила его, умыла и стала собирать на прогулку. Если удастся вытащить коляску, то малыш скорее всего уснет в ней, и Рита пару часов сможет бездумно побродить с ним по району. Это намного лучше, чем сидеть дома, особенно когда тут Рихтер, который бесит так, что аж зубы сводит.

Рита натянула комбинезончик на недовольного Арсения, который уже отчаянно зевал во весь свой маленький рот, и примерилась к коляске. Наверное, если взять одной рукой ребенка, а второй коляску, а потом спускаться, таща ее за собой, то вполне возможно…

— Почему не сказала, что вы идете на улицу?

Марк возник в прихожей так внезапно, что Рита вздрогнула. Повернулась и посмотрела на его недовольную рожу и скрещенные на груди руки.

— Я не обязана тебе ничего докладывать.

— Пять минут, и я буду готов.

— Я не могу ждать: ребенку жарко, — огрызнулась Рита. — Я его уже одела.

— Тогда идите на улицу, а я чуть позже вынесу коляску, — распорядился Марк и ушел к себе в комнату. Видимо, переодеваться."

"У Риты не было сил спорить, поэтому она молча спустилась с Арсением на улицу и стояла возле подъезда.