Малыш для стервы и холостяка

Она покормила ребенка, поиграла с ним, вывела погулять — снесла по лестнице на руках, не стала надрываться с коляской — и все ждала-ждала, когда же Марк наконец проснется.

Его будильник на телефоне, который традиционно прозвонил в одиннадцать, она отключила. Бросилась в спальню Марка, едва услышав знакомое треньканье, и быстро нажала на «сброс». Марк даже ухом не повел: спал на животе, раскинувшись на своей широкой кровати, точно большой сильный зверь. Одеяло укрывало только бедра и ноги, выставляя напоказ красивую спину, и Рита, облизав ее взглядом, остро пожалела о том, что одеяло не сползло еще ниже.

Устыдившись своих мыслей, она убрала телефон обратно на тумбочку и ушла, стараясь ступать максимально тихо. Пусть Марк поспит. Он целую ночь дежурил у кровати малыша — заслужил отдых.

— Уже три часа дня! Ты почему меня не разбудила? — хриплым голосом спросил он, и Рита чуть не подпрыгнула. Она медленно повернулась к Марку, как бы нехотя отрываясь от пирамидки из кубиков, которую они с Арсюшей выстроили, и пожала плечами.

— Хотела, чтобы ты выспался.

— Дя-дя-дя!!! — радостно загулил малыш, и Марк тепло улыбнулся ему и присел рядом на корточки, потрепав по светлой макушке.

— У меня будильник не сработал, — сообщил он Рите, подозрительно на нее глядя.

— Бывает, — усмехнулась она. — Ничего страшного."

"Повисла тишина. Рита старалась не смотреть на Марка, чувствуя, как разгоняется пульс и кровь приливает к щекам. Покажет он сейчас хоть словом, хоть жестом, хоть взглядом хотя бы толику того, что было ночью? Или…

— Как ребенок себя чувствует? — тон Марка был рабочим, подчеркнуто-нейтральным.

— Хорошо. Я немного скорректировала его меню на сегодня, чтобы перестраховаться.

— Хорошо. Мне надо будет еще поработать сегодня. Нормально, если вечером посижу с мелким?

— Нормально, — Рита почему-то чувствовала себя обманутой и очень, очень старалась не показать своего разочарования. — В холодильнике есть борщ.

— Да, спасибо.

И ушел. Сначала в ванную — там зашумела вода. Потом на кухню — зашипел чайник, дзынькнула микроволновка. Потом к себе в комнату — дверь была неплотно прикрыта, и Рита слышала, как быстро Марк говорил с кем-то на английском.

Что ж, все понятно. То, что было ночью — остаётся там, в ночи, а днем мы по-прежнему друг другу никто. Правила игры ясны, а вот устраивают ли они Риту, она еще подумает.

Ночью Рита привычно проснулась от плача Арсения, сонно потянулась за халатом и сразу пошла на кухню.

Марка, который вскоре тоже пришел туда, она почувствовала спиной, хотя тот молчал. От его взгляда становилось жарко, даже когда Рита его не видела.