Мама для Одуванчика

Сколько мы с Кариной не виделись, она не сильно изменилась. Все тот же шебутной темперамент и невозможность сидеть на месте. Цепкий взгляд и сдержанная улыбка. Даже по отношению к родным.

— Влад, — подходит ко мне, целуя в щеку бывшая жена, а я скромно и почти невинно приобнимаю ее за талию. У нас в отношениях никогда искры из глаз от страсти не летели. Все всегда было мирно, спокойно… приятно. А сейчас, когда у меня появилась Варя, так и подавно.

— Карина.

— Думала, вы не приедете.

— Мы обещали. Но надеюсь, ты помнишь условия, — многозначительно смотрю на женщину, к которой так и льнет Одуванчик.

— Помню, помню. Ваша Варвара ничего не узнает об этих снимках. Обещаю.

— Вот и отлично.

— Как твои дела, солнце? — присаживается на корточки Карина, приобнимая дочь. — Я тебе привезла подарок.

— Лучше давай ты сама будешь чаще приезжать, мам, — дует губы девчушка. — Я соскучилась, — обнимает за шею, целуя мать в щечку.

— Я постараюсь, малышка. Честно-честно!

— Так, Карина, время! — вклинивается в наше уединение, видимо, личная помощница моей жены и торопливо сгоняет нас в сторону примостившегося на фоне камина кожаного диванчика. А дальше начинается: фальшивые улыбки, щелчки затвора и нежные взгляды глаза в глаза — исключительно по просьбе фотографа.

И кто бы знал, как меня от этой игры на камеру воротит!

Никогда терпеть не мог попадать в объектив фотокамер. Если Карина всегда была любимицей компании и обожала всеобщее внимание к своей персоне, то я в нашей паре был чем-то вроде угрюмого буки, который терпеть не мог ее корпоративы, где как муж обязан был быть, и всевозможные званые ужины да банкеты. Я личность не медийная, от слова совсем.

Но, к сожалению, привык держать слово.

К счастью, мучили нас недолго. Час — и мы свободны. Выходим всем составом из фотостудии, решив пообедать в кафе неподалеку. В конец концов, Карине надо провести с ребенком времени чуть больше, чем ничего, а до встречи Вари у нас есть еще два часа, и мы вполне успеем домой, чтобы снова переодеться.

Терпеть не могу врать и обманывать, но успокаиваю себя только тем, что это для ее же блага. Хотя ощущение, что я обманываю не только любимую женщину, но и себя, не покидает.

— Классные должны быть снимки, — улыбается Карина, попивая кофе. — Спасибо за помощь, дорогие!

— Хотелось бы сказать, обращайся, но не буду, — откидываюсь на спинку стула, закатывая рукава рубашки. Форма и в полетах надоедает, а тут среди бела дня и в выходной пришлось нацепить.

— Ну и не надо, — фыркает Карина, приобнимая счастливую Асю, — это просто инвестор попался вредный. Семейные ценности и бла-бла-бла, — машет рукой бывшая жена. — Ну, да ладно. Как ваши дела? Как ваша Варвара?

— Все отлично.