Мама для Одуванчика

Он по форме, которая просто потрясающе сидит на его подтянутой фигуре, а Одуванчик в белом пышном платьице, что хорошо гармонирует с платьем-футляром Карины. Все трое улыбаются и словно не замечают, что их фотографируют. Но больше всего переворачивает от взгляда Романовского, каким он смотрит на свою… жену.

Я отираю мокрые дорожки слез с щек и возвращаюсь к дате выпуска журнала, с сожалением понимая, что выпущен он буквально пару дней назад. Когда это было? Когда они встречались? Может, в тот день, когда Ася не пошла в лагерь и якобы помогала бабушке? Значит, это… было вранье? И как вообще все это понимать?

Хотя, наверное, это уже не имеет никакого значения. Вот так просто об меня вытерли ноги. Поиграли и выбросили, как надоевшую игрушку.

— Я надеюсь, что вы предпримете меры и устраните такого опасного сотрудника из свой замечательной школы, — елейно вещает парень, вот только мне уже совершенно плевать на все, что он скажет. — Иначе, понимаете же, как это может отразиться на имидже школы? Охотницы за деньгами не должны воспитывать наших детей, Игорь Владимирович. Будущее за крепкими семьями, а такие, как она…

— Я понял вас, — перебивает Игорь Владимирович зло, — не волнуйтесь. Мы во всем разберемся. А теперь можете быть свободны. Я благодарен за предоставленную информацию, — дает знать, что парню здесь больше не рады, и тот с довольной ухмылкой, кидая на меня победный взгляд, полный превосходства, покидает кабинет.

Конечно, Денис может быть доволен. Растоптал. Уничтожил. Выставил меня лживой, продажной дурой. Хотя… Денис ли один?

Повисает тишина. Я опускаю голову, так как прекрасно понимаю, что сейчас будет. Но вздрагиваю, когда мужчина оказывается за моей спиной и укладывает свои руки мне на плечи. Игорь Владимирович стоит слишком близко, и меня окутывает снова противный аромат его парфюма, от которого буквально воротит.

— Очень жаль, Варя, что вы выбрали не тот путь, — говорит он. — Это вас не красит, — цокает, и я уверена, качает головой. — Семья… а вы, — хмыкает мужчина. — Но я последний раз даю вам шанс сделать правильный выбор, дорогая, — поползли по моим голым рукам его шершавые ладони, тогда как мои пальцы все сильнее сжимают в руках проклятый журнал. — Вы останетесь работать в нашей школе, и о вашей интрижке с родителем ученика никто не узнает. Или, даже если и узнает, я заставлю их молчать и не вякать. Только одно ваше слово, Варя, что вы согласны быть со мной. И тогда мы… — делает многозначительную паузу, а меня от его слов пробирает дрожь. Так и хочется скинуть его руки с себя. От противного ощущения меня передергивает, и это замечает мужчина.

— Я лучше уволюсь, но с вами никогда не буду, — скидываю-таки его руки и поднимаюсь с места, но тот снова силой усаживает меня на стул.