Мама для Одуванчика
Он пилот гражданской авиации. Его жизнь — небо, самолеты, новые города, и главное — любимая дочь Ася — вредный, своевольный Одуванчик.Она — новая учительница его дочурки. Нежная и милая девушка, сбежавшая из под контроля богатых родителей на встречу своей мечте.Они уже виделись однажды. Мгновение. Один взгляд и пара слов. И с тех пор Варя то и дело поглядывает на небо, вспоминая незнакомца в форме пилота. А Влад старательно прячет глубоко в подсознании воспоминания о её глазах, что тогда были мокрыми от слез.Они не искали новой встречи, но каждый из них в тайне на нее надеялся. И вот шутница-судьба дает им еще один шанс…Шанс встретиться и не потерять друг друга.
Будь я ребенком, моему восторгу не было бы предела от такого времяпрепровождения.
— Потому что, — и все, никаких объяснений. Отворачивается, спрыгивает со стола и усаживается на стул, теребя в руках книжку, напрочь игнорируя мое присутствие.
— Ась, — вздыхаю и присаживаюсь рядом за парту, решаясь пойти на сближение с колючкой. — Давай поговорим?
В ответ тишина.
— Нам придется научиться общаться, — гну свою линию. — Я тебя всегда выслушаю, поддержу, что-то посоветую. Мне действительно важно знать, что тебе не нравится или кто тебя обижает, — пытаюсь подобрать слова, чтобы не спугнуть ребенка.
— Только не надо делать вид, что вы за меня переживаете, — не глядя на меня, отвечает Ася, дуя щечки.
А я смотрю на этот детский профиль и понимаю, что она ведь очень красивая девчушка. Если откинуть всю эту спесь и недовольство, ангелок просто. Большие серые глаза и темные длинные волосы почти до поясницы. Аккуратные, кукольные черты лица, пухленькие щечки и вздернутый носик. Она обещает вырасти красавицей. Правда, с таким характером, ой, как будет нелегко. Хотя и скромницам, как я, живется трудно, постоянно приходится вылезать из своей раковины. Деньги мало что значат в воспитании детей.
— Я не делаю вид. И абсолютно откровенна сейчас с тобой. Так что зря ты так, — поднявшись, направляюсь к своему столу.
Мы какое-то время молчим. Ася просто смотрит в окно, а я изучаю документы, пока звенящую тишину кабинета не разрывает недовольное:
— Всем плевать. И маме с папой, и вам.
Брошенные в сердцах слова малышки задевают. Смотрю на нее, но Ася снова занимается своим любимым занятием — игнорированием. Нужно понаблюдать за ребенком и поговорить с ее дядей. Столько обиды и злости у малышки — это плохо.
Возвращаюсь к плану мероприятий и только сейчас натыкаюсь на запланированный на следующую неделю поход в лес с ночевкой в обществе родителей. Программа рассчитана на сближение ребенка с природой и единение с семьей. Да уж, этим деткам с такой школой можно только завидовать.
Вскоре звенит звонок, и в класс врывается толпа детворы. Тут же начинается галдеж. Ученики носятся, спорят, что-то увлеченно обсуждают, и я лишь мельком успеваю ухватить момент, где Ася толкает девочку, к ней подошедшую и что-то говорящую.
— Ася! — восклицаю я и направляюсь к схватившимся уже девочкам. — Что случилось? — разнимаю их, оттаскивая друг от дружки под взглядами притихших одноклассников.
— Она первая начала, — тут же девчонка ткнула пальцем в Асю.
— Она заявила, что это ее место. Пусть другое ищет, раз здесь занято, — тут же выдает тираду маленькая бандитка, насупившись. Воинственный взгляд и сжатые в кулачки ладошки.
— Тебя как зовут? — обращаюсь к ученице, присаживаясь на корточки.
— Лена, — дует та губы.