Меченный смертью. Том 4

Распорядившись насчет завтрака, я сходил в душ, оделся в домашнее и, пока готовили, по привычке стал просматривать почту и свежие новости. И тут же моя свободная рука непроизвольно сжалась в кулак, а по лицу пробежала тень негодования.

Первым, что я обнаружил в личной почте, был судебный документ из комендатуры. Он гласил, что за препятствование расследованию и неподобающее дворянину поведение на меня налагается штраф в размере десяти тысяч рублей, которые пару часов назад уже были списаны с моего банковского счета. Приговор был окончательный и обжалованию не подлежал.

Я нисколько не удивился, обнаружив среди членов судебной коллегии имя генерал-майора Жохова. Я понимал, что сейчас, не имея собственного веса в обществе и сильных покровителей, как-то повлиять на это решение я уже не мог. Но наглость трусливой штабной крысы крупного размера меня весьма возмутила. Такого я ему точно не забуду.

Когда же я перешел к новостям, то еще больше уверился что Жохов полнейший подлец и мерзавец.

Первым мне бросились в глаза не крупные, кричащие о восстании заголовки, а маленькая заметка, промелькнувшая в ленте новостей. Привлекла меня она знакомым именем. Речь в ней шла о капитане Федулове.

Сухой текст заметки гласил:

«За систематическое неповиновение командованию и нарушение воинской дисциплины был разжалован в младшие унтер-офицеры капитан Федулов Семен Аркадьевич.»

У меня на щеках заиграли желваки. Я знал, что зажравшиеся, недалекие и трусливые генералы были серьезной болезнью имперской армии. Болезнью, которую не смогла вылечить даже последняя война с Польшей. Но я знал это понаслышке и никогда раньше не сталкивался с такими ситуациями лично. А вот теперь, получается, столкнулся. И это мне очень не понравилось.

Я пообещал себе, что когда верну себе свои влияние и положение в обществе, то постараюсь найти капитана Федулова и устроить его дальнейшую судьбу.

После этого я перешел к главным новостям. И здесь меня тоже ждал весьма неприятный сюрприз. Новостей было много, но все их главные мысли сводились к нескольким пунктам.

Во-первых, несмотря на мое вчерашнее нападение на подземный бункер противника, мятеж еще не был подавлен. Силы восставших оказывали ожесточенное сопротивление. Хотя уже на этом этапе прослеживалась несогласованность действий различных войсковых подразделений. Централизованное командование отсутствовало. Противник действовал разрозненными группами. Да и атаки пятиуровневых монстров прекратились. Все это говорило об одном: дни мятежников сочтены, деваться им было некуда.