Меченный смертью. Том 4

Быстро набросав с помощью нейросетей несколько десятков типовых постов и комментариев, размножив их до сотен случайными модификациями и перестановкой порядка следования фраз, я запустил ботоферму в работу. Цель была в распространении стойкого мнения, что мои бойцы совершили подвиг, а штабное командование решило присвоить все заслуги себе ради продвижения по службе. Конкретных имен я не называл. Но не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, о ком идет речь.

Покончив, наконец, со всеми навалившимися делами, я удалился в спальню. Время было уже довольно позднее, но ложиться спать первую половину ночи я не планировал.

Вместо этого мне нужен был глубокий транс, который, к слову сказать, восстанавливает силы не хуже крепкого и здорового сна."

"Во время медитации мне позарез требовалось вспомнить до самых мельчайших деталей все ловушки, которые меня неизбежно ожидают завтра после полуночи. А заодно и понять, как из каждой выпутаться.

Последняя мысль, которая меня посетила перед вхождением в транс и при этом весьма согрела, была о том, что завтрашний день, похоже, принесет много неприятных сюрпризов для генерал-майора Жохова.

Глава 16

Утро началось со звонков. Многочисленные репортеры одолевали бедного управляющего вопросами, вся суть которых сводилась к просьбе подтвердить, что в моих вчерашних заявлениях содержится намек на генерал-майора Жохова.

И тут неожиданно положительную и, можно даже сказать, незаменимую роль сыграл Леопольд. Он сменил утомленного Тимофея Федоровича у телефона и так грамотно отшивал журналистов в своей неизменно флегматичной манере, что те через какое-то время и вовсе перестали звонить.

Но был еще один звонок.

Он раздался, когда я сидел за завтраком. Первый раз я не без удивления увидел, как Леопольд несет мне трубку от радиотелефона, установленного в холле особняка.

— Граф Андрей Филиппович Доронин, адъютант генерал-губернатора, князя Зубова Михаила Петровича, — с поклоном сообщил дворецкий и протянул мне трубку.

Я задумчиво посмотрел на Леопольда. Услышав, кто мне звонит, я немного напрягся. А телефонная трубка в руке дворецкого сразу стала смахивать на гранату без чеки или ядовитую змею. Брать ее, если честно, мне совсем не хотелось, учитывая, что я уже находился под прицелами графа Жохова и князя Филатова.

Еще одного врага, да к тому же такого влиятельного, мне сейчас никак не потянуть.

Но делать было нечего, заставлять ждать представителя генерал-губернатора было себе дороже.

— Доброе утро, Андрей Филиппович, — радушно поздоровался я. — Чем обязан?

— И вам доброго начала дня, Александр Николаевич, — раздался в трубке вполне располагающий к себе голос. — Прошу прощения, что отрываю вас от трапезы, но дело весьма срочное.