Мечников. Из доктора в маги

Вот всякие банды и процветают на этой почве.

Дверь в кабинет Родникова открылась, и к нам вбежал запыхавшийся сторож.

— Эдуард Семёнович! — воскликнул он. — Там человек до вас не добрался, худо стало прямо на крыльце амбулатории.

— Да что ж такое! — выругался Эдуард. — А я так надеялся, что сегодня никто уже не придёт. Ладно, Алексей, пойдём. Сейчас и посмотришь, как у нас всё работает на практике.

Сначала я удивился, что о пришедшем пациенте сообщает сторож, а не медсестра, но вскоре до меня дошло, что я ни одной медсестры в амбулатории и не видел.

Точно… Медсестёр-то ещё в эту эпоху и не было.

Мы Эдуардом спустились в фойе, куда сторож затащил пациента. Однако пострадавший мужчина уже не дышал. Даже моя лекарская магия на него не реагировала.

— Опоздали… — вздохнул Родников, осмотрев тело.

Сторож, не спеша, снял с головы свой головной убор — картуз — и приложил его к груди.

И всё? На этом лекарские обязанности заканчиваются?

Похоже, пришло время для моей медицины.

Глава 5

Лекарская магия не умеет воскрешать людей. Зато на это способна классическая медицина из моего мира. А точнее — сердечно-лёгочная реанимация!

— Эдуард Семёнович, в сторону! — воскликнул я и присел рядом с лежащим мужчиной.

— Бесполезно, Алексей Александрович, — обыденно ответил он. — Тут уже ничего не поделать. Я схожу за протоколом, нужно заполнить констатацию смерти. А ты, Матвей, — он перевёл внимание на сторожа, — сходи, включи кристалл вызова. Если человек умер на ступенях за пределами амбулатории, его ещё и полиция оформить должна.

Сказав это, Родников быстрым шагом направился на второй этаж. Я поспешно приложил ухо к грудной клетке мужчины и убедился, что сердце действительно не бьётся, а дыхание отсутствует.

А затем воскликнул:

— Матвей, стой!

— Но ведь Эдуард Семёнович велел… — замялся сторож.

— Ещё рано, — заявил я, положил руки на грудную клетку мужчины и начал делать закрытый массаж сердца.

Матвей наблюдал за мной в полном недоумении. Представляю, как это выглядит со стороны для человека, который о сердечно-лёгочной реанимации отродясь не слышал. Эту технику создадут ещё не скоро. Если вообще создадут. Всё-таки в этом мире делают больший упор на магию, чем на технологии и ручной труд.

А лекарская магия молчит, даже не пытается заявить о себе. Похоже, она не может работать с организмом, основные процессы которого уже остановились.

Мысли неслись через мою голову, а я продолжал качать, несмотря ни на что. Продолжу, даже если вернётся Родников и сочтёт меня сумасшедшим. Времени с момента остановки прошло совсем немного. Я могу успеть. И не таких откачивали!"

"Когда от начала процесса прошло три минуты, я осознал, что оказался в этом мире не случайно. Это действительно судьба.