Медвежий угол
Захолустный Бьорнстад – Медвежий город – затерян в северной шведской глуши: дальше только непроходимые леса. Когда-то здесь кипела жизнь, а теперь царят безработица и безысходность. Последняя надежда жителей – местный юниорский хоккейный клуб, когда-то занявший второе место в чемпионате страны. Хоккей в Бьорнстаде – не просто спорт: вокруг него кипят нешуточные страсти, на нем завязаны все интересы, от него зависит, как сложатся судьбы. День победы в матче четвертьфинала стал самым счастливым и для города, и для руководства клуба, и для команды, и для ее семнадцатилетнего капитана Кевина Эрдаля. Но для пятнадцатилетней Маи Эриксон и ее родителей это был страшный день, перевернувший всю их жизнь…Перед каждым жителем города встала необходимость сделать моральный выбор, ответить на вопрос: какую цену ты готов заплатить за победу?
Не парься, он не вернется… он просто тор… торчок! На эту планету сегодня он не вернется! Забудь его и содресо… дресоро… тьфу! Сосредоточься на мне! Я же сделал репе… пере… твою мать! Гребаную голевую передачу! И мы победили!
Захлопнув дверь у него перед носом, Ана побежала на кухню. Она искала Маю, но ее нигде не было.
Беньи налил себе еще пива. Музыканты закончили играть, и Катя поставила пластинку с кантри, а Беньи так поспешно обернулся к клиенту за стойкой, что чуть не дал ему кружкой по лицу. Басист улыбнулся. Беньи удивленно поднял брови:
– Музыканты у меня в баре? Боже мой. Чем могу быть полезен?
Басист склонил голову набок:
– «Виски сауэр»?
Беньи улыбнулся во весь рот:
– Ты не забыл, где находишься? Это не Голливуд. Могу предложить только виски с колой.
Пока они говорили, Беньи сделал коктейль и привычным жестом отправил его через стойку басисту. Тот посмотрел на стакан долгим взглядом, а потом сказал:
– Извини. Я совсем не люблю виски. Просто хотел прикинуться крутым рокером.
– Вообще-то «виски сауэр» никогда не был напитком крутых рокеров.
Басист провел рукой по волосам.
– Один бармен сказал мне, что, когда долго стоишь за стойкой, начинаешь сравнивать людей со спиртными напитками. Как гадалки могут для каждого найти тотемное животное или что-то вроде того. Понимаешь, о чем я?
Беньи расхохотался. С ним это редко случалось.
– Твое тотемное животное явно не виски, это факт.
Басист кивнул и, загадочно улыбнувшись, подался вперед:
– Я больше интересуюсь тем, что горит, а не тем, что течет. Говорят, ты можешь с этим помочь.
Одним махом выпив стакан с коктейлем басиста, Беньи кивнул.
– Чего бы тебе хотелось?"
"Вообще-то Амат и Бубу не собирались выходить во двор. Но почему-то там оказались. Оба чувствовали себя на вечеринках неловко и не знали, как себя вести, им хотелось заняться чем-то привычным. Чем-то простым и понятным. Кончилось тем, что они взяли клюшки Кевина и стали по очереди забивать шайбы.
– Как тебе удается быть таким быстрым? – спросил подвыпивший Бубу.
– В школе приходится часто бегать от таких, как ты, – ответил Амат – полувсерьез, полушутя.
Бубу засмеялся – отчасти искренне, отчасти не очень. Амат заметил, что бросок у Бубу гораздо мощнее, чем можно предположить, когда он может спокойно встать и прицелиться.
– Прости… я… ты же понимаешь, что это все в шутку? Сам знаешь… основная команда троллит нас, а мы троллим вас…
– Да, конечно. Это же шутка… – соврал Амат.
Бубу наподдал по шайбе еще сильнее. Ему было стыдно.
– Ты теперь играешь в первом звене. Все стало наоборот: сам будешь кидать мои шмотки на пол в душе.
Амат помотал головой:
– У тебя такие шмотки вонючие, я к ним даже близко не подойду.
Бубу расхохотался так, что между домами прокатилось эхо, на этот раз от души.

















