Медвежий угол

У врачей и сестер не бывает ни перерывов на летние тренировки, как в хоккее, ни финалов, ни пауз между периодами. У них всегда сезон, день за днем, и это может сломить даже самых стойких. Даже людей из Бьорнстада.

А что будет, когда сломаются самые стойкие? Кто поведет остальных?"

"Давид приподнялся, прокашлялся, чтобы привлечь внимание парней, но замолчал, заметив, что они уже рассаживаются по местам. Но не из-за него, а из-за Беньи. Тот шел по проходу, по очереди смотрел каждому в глаза и в конце концов остановился рядом с Филипом, тихим парнем на год младше остальных игроков, живущем на Холме в трех домах от Кевина.

– Когда мы были маленькие, Филип, и ты переживал, что ты самый мелкий и слабый в команде, когда ты не мог бросить шайбу выше желтой полоски, идущей по низу борта, что тебе тогда говорил Давид?

Филип смущенно посмотрел вниз, на колени, но Беньи взял его за подбородок и заставил поднять глаза. Филип не только на год младше других, он так долго отставал физически от игроков вроде Бубу, что никто даже не замечал, как хорошо ему дается все остальное. Он был из тех, кто первым исчезает в раздевалке, помалкивает, не создает проблем, просто следует за всеми.

За последние три года он стал безусловно лучшим защитником в команде, причем никто даже не понял, как это случилось.

– «Плевать на других, делай свое дело», – тихо ответил Филип.

Беньи кивнул и похлопал его по макушке. Потом обратился к Вильяму Литу:

– А что Давид говорил тебе, Лит, когда все остальные научились кататься спиной вперед, а ты нет, и ты решил бросить хоккей?

Лит зажмурился и злобно вытер слезы со щек.

– «Делай свое дело».

Беньи взял Лита за плечи и посмотрел ему прямо в глаза, снова цитируя тренера:

– «Мы – команда.

Друг без друга мы никто. Когда падает один, на его место встает другой».

Проведя рукавом по глазам, Лит подхватил:

– «Команда больше чем ты. Клуб больше чем индивид».

Когда никто, кроме Лита, не слышал, Беньи шепнул ему на ухо:

– Мы рассчитываем на тебя, Лит, сегодня ты наш капитан. Ты должен вести нас.

Скажи Беньи в эту секунду Литу убить человека, тот не задумываясь сделал бы это. Ни спорт, ни наука на самом деле не знают, кто они такие – лидеры, за которыми мы следуем. Главное, чтобы мы, глядя на них, ни в чем не сомневались.

Беньи подошел к Бубу, великану, который был лучшим защитником, пока остальные не научились кататься на коньках лучше его.

– Что почти самое крутое на свете, Бубу?

Бубу, помолчав, неуверенно ответил:

– Трахаться?

Кто-то заржал. Беньи наклонился к Бубу близко-близко.

– Но сперва мы сделаем самое крутое, что есть на свете, Бубу. Что от тебя сегодня требуется?

Бубу встал.

– Только одно, нет?

– Победа, – сказал Беньи.

– Победа! – крикнул Бубу.

– Победа! – взорвался автобус.

Давид сел.