Медвежий угол

Если выйти на улицу и бросить камень, то любое живое существо, в которое ты попадешь, будет обладать примерно такой же компетенцией.

Амат и Зак шли по коридору и смеялись во весь голос, но, увидев Давида, тотчас замолкли. Мальчики прижались к стене, чтобы его пропустить. Амат подскочил от неожиданности, когда Давид поднял руку:

– Ты Амат?

Амат кивнул.

– Мы… нам поручили собрать шайбы… мы просто пошутили… Зак решил подурачиться, это шутка…

Давид непонимающе посмотрел на него. Амат нервно сглотнул.

– Ну а если вы ничего не заметили, так… ничего такого мы и не делали.

Давид улыбнулся:

– Я видел тебя на тренировках юниоров, ты сидел на трибуне. Ты там бываешь чаще, чем сами юниоры.

Амат кивнул с остолбеневшим видом:

– Я… извините… просто хочу научиться.

– Отлично. Я знаю, что ты изучаешь манеру Кевина, это хороший образец для подражания. Обрати внимание, как он всегда наблюдает за коньками защитника в команде противника, когда они оказываются один на один: как только коньки меняют угол и центр тяжести смещается, Кевин бросает по воротам в трафике."

"Амат снова кивнул, полностью онемев. Давид смотрел ему прямо в глаза – мальчик не привык к тому, чтобы взрослые мужчины так с ним себя вели.

– Все знают, что скорость у тебя превосходная, но бросок еще надо оттачивать. Жди, когда вратарь переместится в сторону и бей по свободной траектории. Как думаешь, ты сможешь этому научиться?

Амат кивнул. Давид крепко похлопал его по плечу:

– Отлично. Поторопись с этим, потому что через пятнадцать минут у тебя тренировка с юниорами. Иди в раздевалку, там получишь футболку.

Амат машинально потянулся к ушам, чтобы убедиться – они на месте, он все правильно услышал. А Давида уже след простыл.

Дождавшись, пока тренер завернет за угол, Закариас бросился другу на шею. У Амата перехватило дыхание. Закариас прокашлялся:

– Слушай, Амат, а если серьезно, что бы ты выбрал – переспать с Маей или переспать с Кевином?

– Заткнись! – засмеялся Амат.

– Да ладно, уже спросить нельзя! – ухмыльнулся Закариас и, хлопнув его по шлему, прорычал: – Прикончи их, бро!

Амат сделал вдох, глубокий, как озеро у ледового дворца, и, миновав детскую раздевалку, вошел в раздевалку юниоров. Его встретили дружным взрывом возмущения, посыпался мат и проклятия: «Пошел вон, гребаный масочник!» Но тут вернулся из туалета Давид, и стало так тихо, что было слышно, как упала на пол чья-то ракушка. Давид кивнул Бенгту, и тот неохотно кинул Амату футболку, от которой воняло потом. Никогда еще Амат не был так счастлив.

В коридоре остался его лучший друг. За закрытой дверью.

В хоккее не бывает «почти».

12

Многолетний брак – дело нелегкое.