Месть
Он стал немного старше, жизнь научила его с опаской смотреть вперед, и новые трудности, что встают на его пути, не станут преградой. С ним верный его легион, с ним проверенная сталь, и лишь в сердце щемящая пустота от потери близких, что стали пешками в чужой и вероломной игре. Месть — это блюдо, которое подают холодным.
— Кивнул мужик. — Потом, значится, и кинулись всей толпой, ну и раскрыли дамбу, ох и жуть жуткая, скажу я вам! Водища как хлынет, как хлынет! Прямо с ревом и такая вся с пеной, и крутит все, и вертит, ломая все на своем пути! Хорошо наш народ еще с утра на работы не успел выйти, а гномы камень наверху отбирали годный для своих дел, иначе бы всех там погребло, эт точно. Никому бы не спастись.
М-да уж, дела. Я кивнул Гаричу и поджидающим гвардейцам, давая понять, чтобы катили меня назад к повозке, на которой уже вернули назад в замок. Смотреть тут ровным счетом было не на что, ну а информации вряд ли я получу больше, чем уже имею сейчас.
— Будут приказания, ваше благородие? — Гарич вскочил на лошадь, направляя ее к моей повозке.
— Да. — Я жестом показал, чтобы накинули еще одно одеяло поверх колен. — Гонца в Речную, пусть высылают всех мужиков, способных стоять на ногах, выдели им повозки и лошадей, пусть грузят неводы и сети.
— Сети? — Гарич непроизвольно оглянулся на водную гладь.
"— Да, капитан. В этом году придется пораньше промысел начинать, — невесело усмехнулся я. Совсем невесело. — Плюс к Кемгербальду гонца шли, у него вроде бы на побережье есть рыболовная артель, впрочем, я письмо напишу, пусть с гонцом передадут, сам все опишу да в ножки поклонюсь.
Мой лимузин о двух пегих коняшках неспешно потрусил по дороге, подпрыгивая на ухабах и неровностях, говорить пока больше не о чем было, да и более детальный план стоит составлять на холодную голову, а не грозя неведомым небесам кулаком и разбрызгивая злобно слюни.
— Улич, родненький, ты как? — Мы въехали через какое-то время в замок, где меня обступили мои домочадцы, выпуская вперед заботливую графиню Красс.

















