Михаил II

– Ну-ка, давай поподробней расскажи, что ты знаешь об отречении Николая II. Может быть, эти сведения мне помогут уговорить брата остаться на престоле.

– Тогда слушай, что рассказывал об этом лектор, а потом то, что я прочитал в материалах Бунда о генерале Рузском. «1 марта в Псков, где располагался штаб Северного фронта, прибыл Николай II, направлявшийся из бурлившего Петрограда в ставку, в Могилев. На перроне голубой поезд с золотыми орлами никто не встречал, после некоторого времени появился командующий фронтом, проследовавший в вагон царя. Именно с уст Рузского утром 2 марта Николай II услышал прямое предложение отречься от престола.

В этот же день генерал сообщил царю результаты телеграфного опроса Алексеевым командующих русскими армиями и флотами: все были за отречение, лишь Колчак, командующий Черноморским флотом, воздержался. Около 12 часов ночи на 3 марта государь вручил Рузскому и прибывшим делегатам Комитета Государственной Думы два экземпляра манифеста о своем отречении в пользу брата Михаила». Заметь, что депутаты Думы, Гучков и Шульгин, как будто зная, что царь отречется, уже в 19–00 были в Пскове. Наверняка они принимали участие в этой спецоперации по отречению Николая II. И Псков был выбран не случайно, там все подчинялись Рузскому, и если бы Николай II уперся, то верных частей он там бы не нашел. А генерал Рузский был хоть и монархист, но в то же время активный масон.

– Кац, ты что-то зациклился на масонах!

– Это не я, это в материалах Бунда, или, перефразируя тебя, «бундовского Моссада», так написано. А что касается генерала Рузского, то там его личность изображена в негативных красках. Вот, например, один из абзацев, который я запомнил.

«Хитрый, себе на уме, мало доброжелательный, с очень большим самомнением, – такую нелестную характеристику оставил однокурсник Рузского генерал Август Адариди. – К старшим он относился подобострастно, к младшим – высокомерно, при этом уклонялся от исполнения большей части поручений, ссылаясь на состояние своего здоровья».

– Слушай, а в этих документах что-нибудь хорошее о людях написано? Или Бунд собрал одни помои о самых известных русских деятелях?"

"– Естественно, там только компромат на русский бомонд.

Могу тебя успокоить, про великого князя там написано, пожалуй, меньше всего гадостей. Или бундовцы подчистили материал, перед тем как показать его секретарю великого князя, а может быть, и не нарыли неизвестной негативной информации о Михаиле Александровиче. О твоем скандальном венчании на дважды разведенной Наталии из захудалого дворянского рода Шереметьевских сказано вскользь. По-видимому, в этом времени об этом скандале всем известно, а в бумагах отражены только неизвестные для широкой публики факты.