Мир, который без меня. Альтернативный гей-роман. Книга 1.

Я поджег дождь

Словно втолкнул нас в его жар,

Я чувствовал, как что-то умирает

Потому что знал, это было в последний раз

Последний раз.

(3) Adele «Set the fire to the rain».

Я позволил ему упасть, моему сердцу.

(4) Adele «Set the fire to the rain».

Ты всегда победитель

Во всех играх, в которые играл.

Часть 20. Ring my bell.

20. RING MY BELL.*

Рой открыл глаза, первый раз за последние несколько дней почувствовав, что выживет. Наверное. Преодолевая болезненное бессилие, он сел на кровати. В голове, как в перепадном колодце, что-то перелилось, шлепнулось, и она загудела.

Воспаленное сознание обозначилось вне тела, причем неясно и мутно. Футболка липла к перегретой коже, и Маккене казалось, что он покрыт потом минимум в десять плотных слоев. Осязание пространства путалось, и он едва ли мог определить число и день недели. Маккену вело от слабости, и он не стал бы спорить, прочти он в где-нибудь, что ему уже лет сто.

Странно. В студии чисто. Ну, относительно. Неопределенная мысль, что внизу кто-то есть, заставила Роя подняться. Он едва не свалился с лестницы, ибо коленные суставы потеряли упругость и гнулись во всех направлениях и от любого движения.

Маккене казалось, что все его тело стекло вниз и теперь, разделенное надвое, осело в ступнях. В гостиной возле плиты суетилась незнакомая женщина.

— Добрый день, господин Маккена, — она улыбнулась. — Как вы себя чувствуете?

— Вы кто? — вместо ответа спросил Рой.

— Я - ваша сиделка.

— Буду рад, если мне это снится, — пробубнил он. — Видимо, я при смерти."

"— Господин Стивенсон нанял меня ухаживать и делать вам уколы.

Рой автоматически ощупал ягодицы.

— Наверное, — протянул он.

 — Почти верю, что он мог.

— Эти дни, — пояснила женщина, — вы очень болели. Господин Стивенсон очень переживал за ваше самочувствие.

— Не сомневаюсь. Как звать?

— Что, простите?

— Имя ваше как?

— Ольга. Я готовлю вам завтрак…

— Не стоит. Сдохну и без этой стряпни.

— Не стоит этого делать. Вы еще так молоды.

Роя передернуло. Он подумал, что стоит, и стоило еще тогда. По крайней мере, сейчас ему было бы все равно на все. Зачем он только послушал Энди? Хотя, он же и не слушал.

— Постойте, — воскликнула Ольга, понимая, что Рой направляется в ванную, — я принесу чистую одежду.

Она засуетилась. Рой отвернулся. Ее движения вызывали в нем чувство отторжения. Водяные струи больно кольнули тело, словно оно было напрочь лишено кожи. Тем не менее, душ принес некоторое облегчение. С трудом одевшись, Маккена появился в дверях. Перед ним простиралась мертвая, чужая гостиная. Он подумал, что не узнает ее. Набор безликой мебели. Незнакомая, неуютная чистота. Чужой человек внутри его неуютного мира.

— Я приготовила омлет с помидорами и горошком.