Мир, который без меня. (Альтернативный гей-роман).Книга 3.

Игроки за столом, руки на столе, все у всех на виду, а дальше та самая игра, где побеждает далеко не тот, у кого хорошие карты, а тот, у кого больше вариаций внутренней концентрации. Короче, Энди всегда было спокойнее в периоды, когда Рой любовался своей статуей. Он знал, что Маккена будет всецело поглощен процессом созерцания, что и позволяло парню обернуться пару-тройку раз.

Сейчас статуя отдельно, Маккена отдельно, и Энди волновался. Рой, видимо, был рожден, именно для того, чтобы создавать проблемы, чем, собственно говоря, в данный момент и занимался.

Как, впрочем, и всегда. За этими мыслями парень немного отвлекся от конференции, а когда вовлекся вновь, Килл Тарч уже что-то объяснял на протяжении определенного времени.

— Неловкость была у каждого. Не знаю, как себя чувствует актер, снимающийся в обнаженке. Об этом лучше спросить у Джима или Коллина. Могу сказать, как чувствует себя оператор, эту обнаженку снимающий. Конечно, надо отдать должное Рону, как гениальному режиссеру. Его метод съемок подобных сцен, в итоге, оказался гениальным. Для спокойствия актеров мы старались создать некий вакуум, то есть оставить в пределах съемочной площадки только ограниченное количество специалистов.

Перед началом Рон собирал нас, и мы обсуждали, как именно будет снята сцена. Мы старались брать только один ракурс, в рамках которого актер будет полностью обнажен. Понятное дело, что чем шире захват камеры, тем откровеннее актер выставлен на обозрение. Остальное снималось, как бы наезжающей камерой или с другого ракурса, когда актер мог быть хоть как-то прикрыт, — Килл Тарч тяжело выдохнул, словно все это время был очень напряжен. "

"Обычно такое происходит с людьми, которые долго готовятся, а после наконец решаются и признаются кому-то в любви в первый раз. Энди почему-то вспомнил, как стоял обнаженный, позируя молодым художникам, только ему было намного хуже, чем актерам сериала. Хуже. Хуже — это мягко сказано. Ему было откровенно хреново. На нем не было из одежды ни одной нитки. По сравнению с ним и Сноу, и Фрай были под завязку укомплектованы. Их спасало величайшее изобретение Патрика Антоша, дизайнера по костюмам фильма «Американский психопат».

Энди внутренне улыбнулся. Гениальный костюм! «Носок для члена». Каково название, таков и крой! Всего лишь мешочек из спандекса и все. Дизайнеры по одежде всего мира задохнулись бы от зависти. Сколько бы они не бились за титулы, никто из них не смог одеть человека столь полно и элегантно. Чего стоят плоские усредненные модели в состоянии анорексии, грохочущие костями по подиуму? Конвейер, гусеничная передача… Они всегда служили лишь вешалкой для чужого платья.