Миру видней

Иногда в прикол, когда спрашивают, не его ли я внучка, я делаю многозначительное лицо и молчу, ну так, для пафоса, – решила рассказать секрет своей фамилии Белла.

– Мне с фамилией так не повезло, я Сорока, – Олечка решила рассказать свою историю: наверное, действовало шампанское. – Зато фамилия определила кличку на всю жизнь. И во дворе Сорока, и, как сейчас модно говорить, «ник» везде тоже Сорока.

– А у меня вообще французская фамилия, – решила похвастаться Виолетта.

– Какая же она у тебя французская – Бужва? – возмутился порядком подвыпивший Юрий.

– Именно французская, – по-аристократически выгнув спину, сказала Виолетта. – Вы просто, Юрий, неправильно ставите ударение. Вы делаете его на второй слог, а надо на первый мягко и немного потянуть его: «Бюююжьва», вот так.

За столом начиналось веселье, шутки, рассказы, смех, люди расслабились и начали получать удовольствие от поездки. Но пришлось прекратить веселый вечер.

– Дорогие друзья, – опять взял слово Александров, – прошу вас пройти в свои номера, я вам в течение получаса разнесу сувениры. Завтра рано утром встречаемся в холле гостиницы.

* * *"

"У Беллы было прекрасное настроение, хотелось петь, танцевать и говорить всякие глупости – конечно, может, это всего лишь шампанское, но ей казалось, что это что-то большее. Придя в номер, она поняла, что хочется продолжить веселье, но уходить нельзя, нужно дождаться Александрова с подарками. Позвонив в бар и заказав бутылку шампанского в номер, она начала мечтать, и так получалось все замечательно, что она даже немного расстроилась, когда постучали в дверь. На пороге стоял Александров, как всегда с бесцветным, ничего не определяющим выражением лица. Вручив ей коробку, он прошелестел «спокойной ночи» и двинулся дальше, везя за собой тележку с коробками.

Шампанское не несли, становилось скучно, и Белла решила глянуть еще раз на шар. Ну одним глазком – так, чтобы порадовать себя, никто даже не заметит. Аккуратно распаковав коробку и освободив шар от пенопласта, она ахнула: вблизи он оказался еще красивее. Шар был еще более сказочным, чем подумалось ей в Москве. Немного встряхнув его и подставив к свету, Белла как будто вернулась в детство, туда, где наряжать елку – это праздник, который не мог пропустить ни один член семьи. Туда, где ждешь подарков и радуешься им с такой неподдельной радостью, какая бывает только в детстве. И каток – да, обязательно каток, холодно, ветер, щеки уже не чувствуешь, а под пуховиком жарко. А потом горка, огромная горка, по крайней мере ей она казалась именно такой. Толкучка – не пробиться, и ты держишь в руках картонку, как сокровище, потому что тебе повезло, ты ее нашла, а многие просто на штанах едут, а это не то, совсем не то.