Мистер Генофонд (СИ)
Я ей отношения без обязательств предлагаю. Она нос свой красивый воротит. Я ей сердце на тарелочке. Она слушать не желает. Зараза моя длинноногая! Всю душу отравила. На других смотреть не хочется. А ей лишь ребенка подавай. Из пробирки! Хорошо. Будет ей ребенок. Но никаких пробирок. Заделаю, но по своим правилам. #герой_обаятельная_скотина #героиня_НЕ_тряпка #очень_сильные_чувства Роман читается отдельно. Полностью самостоятельная история. Черновик Будет горячо, по-взрослому и плодотворно;)
Еще у двери Поля сама забралась ко мне под пиджак, прижалась грудью и заработала первый шлепок по заднице.
— Детка, руками не трогать! — я ехидно усмехнулся, наблюдая, как расширяются глаза и раздуваются крылья носа. — Первое правило. Ты хотела сыграть по-взрослому. Сыграем.
***Стоило закрыть за нами дверь квартиры, воздух, казалось, стал гуще в несколько раз. Соврал бы, если бы сказал, что никогда ни играл с женщинами в ролевые игры. Со скуки чего только не случалось. Но сейчас и намека на скуку не было.
Было желание. Дикое. Которое наедине с ней лишь усилилось.
Пожалуй, ради этого можно было немного напрячься.
— Детка, помнится, кто-то обещал музыку.
Я, как маленькую девочку, за руку довел ее до кровати и заставил приземлить свой сладкий задик на матрас.
— Да, сейчас, — после секундного ступора Поля ожила.
— Удиви меня, родная.
Повесил на спинку стула пиджак, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.
Долго ждать не пришлось. Полька оказалась не только находчивой, но и мстительной.
— Серьезно? — заглянул в глаза ведьме.
— Слабо? — она ошалело оскалилась. Точно безумная.
Танцевать стриптиз мне было впервой. Под нестареющего Джонса — тем более. Но слова «слабо» в лексиконе пока не значилось.
«И не появится!» — добавил мысленно и отошел на пару шагов назад.
— Ох, и зря ты так… — Послал воздушный поцелуй ведьме. — Готовься спасать свои трусики от наводнения.
ПоляЯ была уверена, что он откажется или просто завалит меня на кровать сразу после возвращения домой. Честно говоря, я бы сильно не сопротивлялась. Дались мне эти рестораны! Любопытные женские взгляды на Леху, он сам — как самый дорогой торт в кондитерском отделе, и ревность.
Даже в учебном классе одна штука так не бросалась в глаза, как в ресторане среди разодетой публики. Леха был люксом. Суперсамцом. Венцом, мать ее, природы. Его облизывали глазами дамочки от восемнадцати до бесконечности.
"В третьем ресторане я бы точно умерла от ревности. Но Крамер согласился на дурацкий стриптиз (ума не приложу, как эта мысль вообще пришла в голову). Привез меня домой, и сейчас… от вида потрясающей упругой мужской задницы, которая в такт музыке двигается перед глазами, моя вагина готова была всосать трусы.
Я никогда в жизни никому об этом не признаюсь.















