Мое темное счастье

Значит, надо спешить, звать на помощь друзей.

Спускались медленно, осторожно, ощупывая каждый сук. Ладони снова начали кровоточить, и я не понимала, что за проклятие в них ударило. Зацепилась, чуть не упала.

— Ари, подожди. Спущусь первым, помогу.

Лир увидел мои ладони, но ничего не сказал по этому поводу.

— Силы моего отца там не осталось?

— Потратил на портал. А каплю своей… Знаешь, рискнул загадать желание. Все же оказаться непонятно где с хвостом и голышом, думаю, та еще прелесть!

Так вот оно что! Жаль, кулон не наполнится силой так быстро.

Лир соскользнул с дерева, по щиколотку провалившись в рыхлый снег, обернулся ко мне, готовый подать руку, и… Прямо из воздуха возле его горла возник нож. Мы замерли, глядя в глаза друг другу.

Страх пополз по спине липкой холодной волной, добрался до кончиков пальцев…

— Так-так, — раздался спокойный голос Тезуэля, скинувшего чары невидимости. — Смотрю, ко мне пожаловали король и королева.

Лир дернулся.

— Не двигайся, Лирантанель, иначе я сделаю твоей дайари больно.

Я не сводила с Тезуэля глаз. С нашей последней встречи он совсем не изменился. Те же черные волосы, собранные в хвост, острые черты лица… Глаза вот казались еще темнее, злее. Так смотрят те, в ком не осталось ни милосердия, ни жалости. И одет непривычно просто: в темно-коричневый костюм без всяких украшений.

— Я сделаю все, что ты хочешь, не трогай Ариадну, — тихо сказал Лир, смотря прямо на меня.

Тезуэль расхохотался, но нож не убрал. Я вздрогнула, смех затих.

— Никакой магии.

Будто она у нас осталась! Вокруг нас разом вспыхнуло несколько порталов — это появились члены Совета магов.

— Долго же я искал с тобой встречи, король Лирантанель! — как-то чересчур спокойно заметил Тезуэль, и от этой интонации, выбранной столь правильно и искусно, меня снова накрыл страх.

Я бы боролась, сопротивлялась до последнего, если нужно, умерла бы… Но к горлу моего мужчины по-прежнему был прижат нож.

— Предлагаю честный бой, — сказал Лир.

Тезуэль хмыкнул, улыбнулся мне так, что сердце заколотилось от безотчетного ужаса. Я словно приросла к ветке, на которой находилась, не в состоянии даже говорить. Понимала, — нельзя показывать страха темному магу, не знавшему пощады, но справиться со своими эмоциями не могла.

— Бой? Ты же русал, поединок на мечах невозможен. Да и какой в этом смысл? Могу перерезать тебе горло и без этого.

Лир никак не отреагировал, просто смотрел на меня.

— Почему тогда медлишь? — не удержалась я, догадываясь, что маг затеял эту игру не просто так.

— Ариадна, спускайся, — приказал Тезуэль, не ответив на мой вопрос.

Лир едва заметно вздрогнул.

Спорить, разумеется, я не пыталась. Уже была готова ко всему. Но жить хотелось отчаянно. Особенно сейчас, когда в лицо дышала смерть.