Мое темное счастье

Только одно. Самое важное, заветное. Было бы это так просто!

Вытащить из камня Арана? Даринель, которая сгорает от тоски, не желая показывать ее даже близким, держится лишь ради сына. Она заслуживает счастья. Да и как лишить Ринуреля отца? И в то же время…

Есть мой отец, которому не удалось вернуть зрение.

А еще… сколько я готова отдать за возможность увидеть маму, обнять ее? Я так сильно в ней нуждалась!

И важно ли именно это? Тезуэль с армией, призывающий призраков и темных существ из-за грани, по-прежнему жив. На его счету Даринель, окровавленная спина Лира, убийство короля Шерантанеля, обман моего отца… и много смертей, за которые должна последовать расплата.

И Лир. Без него я все равно что…

— Я оставлю тебе жизнь в любом случае, Ариадна. Можешь об этом не просить, — вдруг сказала звезда.

Она не скрывала, что читает мои мысли.

— Только твои желания, Ариадна. Я могу увидеть лишь их, — ответила Аранатариэль, догадываясь, о чем я думаю.

— Я просто хотела вас спасти, — очень тихо заметила я. — Просто спасти.

Как выбрать одно, если все кажется важным?

— Я могу исполнить только одно желание, такова природа моей магии, — неожиданно мягко повторила Аранатариэль.

«Сейчас я бы умер, но не поступил бы так, как тогда. Не предал бы Эль».

Аранатариэль посмотрела на меня, сверкнув глазами. В ее взгляде сквозило едва заметное любопытство. И я вдруг поняла, что за внешней холодностью в ней по-прежнему прячется живая, любящая женщина.

— А вы совсем другая… Не такая, как о вас рассказывают, — заметила я, ощущая, как чужая магия касается меня, словно изучает. Могучая, великая, настолько непривычная, что вызывала дрожь.

И я вдруг осознала: ведь действительно, могу загадать невозможное! Сила Аранатариэль велика. Ее хватит на любое из моих сокровенных желаний.

И я могла попросить у звезды все что угодно. Остановить войну. Мира во всем мире. Уничтожение болезней и голода. Но все, что я хотела, это — пусть Лир останется жив.

Лир…

Без него я не спасу Арана. Не остановлю Совет магов. Не найду способ вернуть отцу зрение. Без него я вообще ничего не смогу.

Лир.

— Ты определилась, Ариадна, что ж…

«Сейчас я бы умер, но не поступил бы так, как тогда. Не предал бы Эль».

Воспоминание обожгло огнем.

Тогда я смотрела на озеро, а не на лорда Арасамина, хоть расспрашивала его о дайари.

Выбирай, Ариадна! Что важнее?

Спасти любимого человека — это понятно, и никто за такое не осудит. Только как жить с тем, что поступила неправильно? Тяжелая ноша… Это ведь как убить свет в том, кто еще верит в невозможное. Чувствую, тогда нигде, ни на земле, ни на небе, не смогу обрести покой.

Что ощущает человек, когда теряет все? Отчаяние? Я, как ни странно, почувствовала легкость, принимая непростое решение.