Руки моей не отпускай
Все началось во время бурана. Ася ехала на машине в Москву к заболевшему мужу и попала в эпицентр стихии. Выход один – переждать в ближайшем поселке. И вот по пути к нему Ася находит застрявший в сугробе джип, а в нем – мужчину на грани жизни и смерти. Что делать? Спасать, конечно, как умеет, все равно «Скорая» приехать не может. И начинается борьба со смертью, долгая и напряженная. Близкие пострадавшего, к которым Асе таки удалось его доставить, будут очень удивлены, узнав, кто на самом деле эта незнакомка-спасительница…
Потом вопрос второй: когда они обсуждали их договоренности, Жанна уверяла, что принимает противозачаточные средства, но Ярославцев все равно всегда пользовался презервативами.
Ну ладно, в жизни всякое бывает, и ружье без заряда раз в году стреляет. Но откуда такая уверенность, что это его ребенок? Он понятия не имеет, как она живет, что делает и с кем встречается, а то, что она встречается с кем-то еще, он знал точно.
Все это мгновенно промелькнуло у него в голове четкими вопросами-сомнениями, но Жанна не дала ему высказать их вслух.
– Я поздно поняла, что беременна, думала, у меня что-то с желудком, а когда узнала, оказалось, что нужно только рожать. Это точно твой ребенок, Василий, других мужчин у меня не было.
– Так, – вздохнув, подавился он своими невысказанными сомнениями. – И что ты собираешься предпринимать?
– Ну как – что? – пожала она плечиками. – Я же объяснила: рожать. – И добавила: – Тут еще такое дело. Понимаешь, я, как ты знаешь, живу одна, родители и родственники далеко. Беременность протекает сложно, и доктора настоятельно рекомендуют, чтобы рядом со мной находился кто-то, кто будет обо мне заботиться. Проще говоря, за мной нужен постоянный уход и внимание, многие обычные вещи по хозяйству я просто не в состоянии делать. Меня мутит от большинства запахов. Вот я и подумала, что для ребенка было бы лучше, если бы я пожила с тобой в этих твоих Снегирях. Там и ты за мной присмотришь, и твоя домработница поможет. Ты можешь в ближайшее время это организовать?
Он молчал. Рассматривал ее внимательно, думал и молчал.
«Ну ладно, это ладно, – тягостно вздохнул Ярославцев, смиряясь с неизбежным, – чего уж теперь. Ребенок – это всегда ребенок, и он ни при чем».
Невинная душа. Но…
И высказал надуманное и решенное:
– Значит, поступим так. В Снегири ко мне ты не поедешь. Но уход за тобой и внимание я тебе обеспечу, найму помощницу, которая станет жить с тобой. При любой экстренной необходимости будешь обращаться к моим родителям, координаты я тебе дам, введу их в курс наших дел и дам твой телефон. Буду помогать всем, чем смогу, пока ты вынашиваешь ребенка, и в родах не оставлю ни я, ни мои родители. После родов сделаем тест на ДНК, если подтвердится, что это мой ребенок, официально признаю его, буду помогать и участвовать в его жизни не номинально, а как нормальный отец. И еще, Жанна, я встретил женщину, которую полюбил, и собираюсь на ней жениться. Собственно, именно это я и хотел тебе сегодня сказать.
– Понятно, – холодно кивнула женщина. – То есть на мне жениться, хоть я и беременна твоим ребенком, ты не собираешься. Это всего лишь осложнило бы твою жизнь.
















