Руки моей не отпускай

Одно только условие поставил Кощею – без жертв! Он рассчитает и придумает все так, что стрелять не придется.

Кощей дал ему свое слово. Но и это уже было не важно – Костя загорелся идеей, рисковым вызовом его интеллекту.

Месяц подготовки, куча данных и вводных, рассчитано все по минутам, и… – и как ягодка, как перезревший плод в протянутую руку, взяли они тот банк без единого выстрела.

Это был кайф!

Вот только… Только Костя по незнанию среды, в которую так неосмотрительно попал, забыл учесть одно железное правило этой самой среды – в серьезный криминал есть только вход, выхода при жизни не бывает.

Вообще. И никогда.

Но надо отдать должное Кощею, он сделал все, чтобы не засветить Константина, оставляя их связь только на себе и конспирируя, как разведчик-нелегал в тылу врага, что, собственно, почти так и было. Но и сделал-таки при этом его главным стратегом и финансовым управляющим своей группировки.

Вот так.

Полянский выторговал себе несколько условий – их группировка принципиально отходит от традиций жестких разборок и отстрелов, не лезет в дешевый рэкет, а специализируется по серьезным капиталам.

И потребовал набрать пацанчиков с головой, спокойных и разумных, для которых важен куш, а не стрельба с разборками.

Попахивали все эти его требования откровенной робингудовщиной. Но вскоре и эта иллюзия развеялась у Кости, как легкая, обманчивая дымка.

Схемы он закручивал крутые и интересные, продолжая при этом регулярно посещать место своей основной работы, некое НИИ, и даже преподавать на физмате, что не мешало ему заниматься основным делом.

Он все рассказал Жене сразу, не умолчав ни о чем, детально продумав, как не засветиться. Деньгами они особо не трясли, сделали дорогой качественный ремонт в квартире, да и все, машину взяли, но старенькую, не шикуя, друзьям и знакомым сказали, что родители воронежские помогли, заняли на машину, теперь вот отдают.

Но вскоре и скрывать нетрудовые доходы не понадобилось – Костя купил антикварный магазин на подставные лица, сделав одним из направлений вложения капитала группировки торговлю произведениями искусства, а Евгению поставил заведовать этим направлением.

Только на сей раз ничего ей не сказав и не объяснив, – так, втемную."

"А сам начал по-тихому переводить капитал на Запад, готовя для себя и семьи пути отступления. Он собирался уходить.

А поскольку был очень умным, на самом деле гениальным и детально продумал как, то у него получилось бы непременно, все у него получилось бы без сомнения, если бы…

Фатум.