Мой темный Ромео

— Ты принимаешь меня за дурака? Ты бы никогда не сдалась так легко.

— Извини, муженек, но твоя ДНК не кричит о горячем товаре.

— Ты бы размножалась с помощью органического пакета из «Trader Joe's», если бы действительно хотела ребенка.

— Хочешь, я встану на колени и буду умолять тебя?

— Да, но не о ребенке.

Глупо рассмеявшись, потому что в нашей ситуации не было ничего смешного, я заметила:

— Ты не ошибся. Дети слишком отнимают много времени и утомительны для такой ленивой, неряшливой девушки, как я. Мы можем заниматься сексом, не беременея, знаешь ли.

— Спасибо за удивительную новость, — его глаза тлели, когда он разрезал свое блюдо с точностью нейрохирурга.

Что ж, безопасность – это последнее, что нам нужно. Я бы разрушила его планы, забеременев, дав ему наследника, которого он никогда не хотел, и освободилась бы от его когтей.

Вилка зависла перед его губами.

— Наслаждаешься своим блюдом?

— Почти столько же, сколько и компанией, — проворковала я.

Остаток ужина мы притворялись обычной парой.

ГЛАВА 29

Даллас

— Я никогда не встречал человека, который так хотел бы потерять все свои зубы.

Услышав бормотание Ромео, я оторвалась от текста Фрэнки.

Мое сердце нырнуло в живот."

"Мэдисон сидел на ковре в прихожей, прижавшись спиной к нашей двери. Голубоватый свет от его телефона отражался на его лбу.

Как только он заметил нас, он встал, рисуя раскаяние на взлохмаченном лице.

Его мотив щелкнул с силой грома. Мэдисон и Ромео начали расчетливую игру. Я была целью – мячом – они пинали туда-сюда.

И вдруг план, который мы придумали с Мэдисоном, показался мне монументально глупым.

Я больше не стала бы продолжать, видя, что у моего сообщника инстинкт выживания пьяного мотылька.

— Даллас, — он никогда так не хотел меня увидеть за все время, что мы знали друг друга, — нам нужно поговорить. Я не могу перестать думать о тебе.

Я замедлилась.

На этот раз Ромео был прав. Мэдисон умолял, чтобы его убили.

— Ты потерял меня на мыслительной части. Твой жалкий интеллект просто помогает тебе функционировать, — Ромео пронесся по коридору, схватил Мэдисона за воротник и швырнул его к нашей двери. Его голос, как всегда, излучал спокойствие. — Что, по-твоему, ты делаешь, Лихт?

Мэдисон вертелся, как выкопанный червь.

— Возвращаю то, что принадлежит мне.

Я почти фыркнула. Какое клише.

— Почему ты этого не сказал? — Ромео отпустил его, достал из бумажника карт-бланш и шлепнул его на грудь Мэдисона. — Вот.

Оно покатилось к мокасинам Мэдисона.

— Что это такое?

— Сумма, которую я выплачу тебе после того, как ты подашь на меня в суд за то, что я сломал тебе нос.

— Ты не ломал мне…

Ромео ударил кулаком прямо в лицо Мэдисона. Кровь хлынула из носа моего бывшего жениха.