Мой злодей

Как не хотела снова видеть Руперта, ни сегодня, ни на следующей неделе, никогда! Поэтому она вознамерилась сказать свекрови, что поест у себя в комнате и ляжет спать пораньше. Но не ожидала увидеть гостью, сидевшую на диване рядом с Джулией.

— Мама!

Лилли, просияв, встала и обняла дочь.

— Я терпела сколько могла, но очень уж соскучилась по тебе, — рассмеялась она. — Мне следовало бы немного привыкнуть, но ничего подобного! Легче мне не становится. Однако я отказываюсь выглядеть чересчур заботливой мамашей, которая бесцеремонно вмешивается в дела дочери.

— Глупости! — весело ответила Ребекка, тоже садясь на диван.

 — Джулия, скажите матушке, что она всегда будет желанной гостьей в этом доме!

— Уже сказала, девочка.

При виде матери дурное настроение Ребекки мгновенно улетучилось. Лилли олицетворяла утешение, безопасность, любовь — все то, чего так не хватало Ребекке последнее время. Она была не так юна, чтобы думать, будто мать способна исправить все на свете. Но в присутствии Лилли ей казалось, что все еще можно изменить. Что будущее не столь мрачно, как представляется.

Беседа была оживленной, пока в столовую не вошел Руперт.

Нельзя сказать, чтобы он все испортил, но если он намеревался продолжать спектакль под названием «любящие супруги», то, похоже, выбрал неудачный момент. Кроме того, на нем был фрак отвратительного лягушачьего цвета, отчего Джулия немедленно нахмурилась. Значит, после того поцелуя наверху он решил снова подразнить мать! До чего же неуместное появление, и как раз в тот момент, когда к ним приехала Лилли. Но Ребекка развеселилась еще больше, зная, почему муж так одет.

Джулия, и не подумав придержать язык, брюзгливо заметила:

— Вижу, твои наряды стали еще более кричащими.

Ты проклятый павлин, Ру!

У Руперта хватило дерзости оглянуться, прежде чем ответить:

— А я думал, матушка, что успел сложить свой хвост!

Ребекка прижала руку к губам, чтобы скрыть смех.

Джулия ответила негодующим взглядом. Лилли, разумеется, не знала, что и думать. Но это была ее первая встреча с зятем, и он не мог выбрать худшего времени, чтобы лишний раз задеть мать."

"Мало того, он снова изображал нежного мужа. Прежде чем учтиво приветствовать Лилли, он нагнулся, чтобы чмокнуть жену в щеку.

Поцелуй, правда, длился дольше, чем следовало бы. Потом он наклонился над рукой Лилли.

— Я должен поблагодарить вас за прекрасную дочь.

Судя по всему, он ухитрился завоевать сердце Лилли всего одной репликой!

Лилли просияла от гордости и, окинув Ребекку любящим взглядом, обратилась к Руперту:

— Она замечательная девочка! И я надеюсь, вы хорошо о ней заботитесь.

— Не так часто, как хотелось бы!

Столь двусмысленная реплика заставила женщин покраснеть.