Мой злодей

Интересно, обличит ли ее сейчас Руперт, ведь он мог знать, что дом, у которого они останавливались, принадлежит знатному лорду.

Прежде чем он открыл рот, Ребекка поспешно спросила:

— А вы здесь по поручению Найджела Дженнингса?

— Да, ведь я его портной, — не задумываясь ответил Руперт.

— Ну, портной из вас никудышный, — отрезала она.

Руперт усмехнулся:"

"— Простите, я хотел сказать, что это он мой портной.

Она бросила на него задумчивый взгляд:

— Как же вы ловко умеете лгать!

— Вы называете шутку ложью?

— Уклончивость — вид обмана.

— Да? Так вы видите это именно под таким углом? — удивился Руперт.

Ребекка едва не рассмеялась его находчивости.

Хотя они обменялись колкостями, не сказав друг другу правды, все же, к ее удивлению, Руперт не стал допытываться, почему она была на Уигмор-стрит. Теребя моток белых шелковых ниток, он вдруг сказал:

— Если вы не знаете, к чему применить свое искусство, можете связать мне жилет?

Ребекка невольно усмехнулась:

— Жилет? Это будет выглядеть как подарок с моей стороны…

— Пусть это будет рождественский сувенир, преподнесенный немного раньше обычного, — сказал Руперт, и тон у него был на редкость серьезным.

— Я не дарю подарки случайным знакомым.

— Но мы больше чем случайные знакомые.

— Вовсе нет.

— Разумеется, да. Или у вас вошло в привычку целовать случайных знакомых?

Ребекка презрительно фыркнула:

— По-моему, это вы целовали меня, а не наоборот!

Руперт снова улыбнулся:

— Но вы ответили на поцелуй, Бекка. И не пытайтесь это отрицать.

Ему наконец удалось заставить ее покраснеть. Наверное, ее щеки стали одного цвета с его камзолом!

— Атласный камзол днем? Надеюсь, вы знаете, что этот щегольской стиль вышел из моды десятилетия назад.

— Это не так, дорогая. И кроме того, я надеваю этот камзол ради матери.

— Ваша мать носит мужские камзолы?

— Знаете, думаю, что носила бы, если бы не боялась осуждения света, но нет, я ношу его из-за матери, потому что ее это бесконечно раздражает.

— И это вам нравится? — удивилась Ребекка.

— Очень, — хмыкнул Руперт, и она не поняла, говорит ли он всерьез или опять шутит. Но она догадалась, что если он собирается сегодня увидеться с матерью, значит, решил вернуться домой. Навсегда?

Она была ужасно разочарована. Неужели они больше не увидятся во дворце? Какой тоскливой сразу станет жизнь! И как же он сможет исполнять обязанности посредника между ней и Найджелом? Не ожидает же он, что она будет приезжать в его лондонский дом?

Обычно Ребекка не вела себя так дерзко, но сейчас иного выхода не было, и потому она спросила:

— Я еще увижу вас во дворце?

— Ваше рвение ошеломляет меня. — Уголок его губ чуть поднялся в задорной улыбке.

— Я всего лишь полюбопытствовала! — возмутилась Ребекка.