Сказка на ночь

Множество воздушных шаров. Оформление выполнено в белых, красных и серебристых тонах. Насыщенное, яркое. Моментально бросается в глаза и врезается в память.

Моя мечта исполняется. Сказка оживает.

Вижу высокую темную фигуру прямо по курсу. Сердце пускается галопом, пульс впадает в чистое безумие. Жадно впиваюсь взглядом в до боли знакомые контуры.

Мужчина делает шаг в сторону и поворачивается лицом ко мне. Полные губы растягиваются в ухмылке. Глаза полыхают темным огнем.

— Рустам, — улыбаюсь я.

Замечаю рядом еще одного человека. Ниже ростом, совсем не такой массивный и крупный. Скорее всего, распорядитель церемонии, тот, кто свяжет нас узами брака. Быстро переключаю внимание обратно на Рустама. Не могу насмотреться, не могу перестать улыбаться. Так радостно в душе. Так светло. Тревога отступает. Страх притупляется. Волнение затихает. Лишь тихое счастье пульсирует внутри, наполняет каждую клетку моего тела.

— Не верю, что делаю это, — чеканит Олег. — Выдаю тебя замуж за этого ублюдка. По доброй воле веду родную сестру к алтарю. Проклятье, я бы любому, кто мне такое бы предрек, набил бы морду.

— Он любит меня, — еще сильнее сжимаю руку своего брата, поворачиваюсь и смотрю на его хмурое лицо. — Ты же сам чувствуешь отношение Рустама ко мне, иначе бы тебя тут просто не было.

Никакого ответа не следует. Брат кривится, но оставляет все язвительные выражения при себе. Крыть подобное заявление ему совершенно нечем. Любовь Рустама не подлежит никаким сомнениям. Его чувства искренние, настоящие, их невозможно изобразить намеренно или подделать.

Мы подходим вплотную к возвышению.

Брат воздерживается от колкостей, хотя по его тяжелому дыханию и зашкаливающей напряженности становится понятно: от подобной ситуации он совсем не в восторге."

"Я не осуждаю эту реакцию. Сама пару месяцев назад не представляла, что придет день моей свадьбы с Рустамом Ахметовым. Убийцей. Врагом. Тем мужчиной, которого я столько лет опасалась и ненавидела. Бежала от него. Скрывалась. Не знала, как сильно ошибаюсь, как упорно избегаю правды.

Он предназначен мне. Богом. Дьяволом. Судьбой. А я предназначена ему.

Никто не разлучит нас. Никогда. Слишком глубоко мы вросли друг в друга.

— Юля, — говорит Рустам, отправляя волны дрожи вдоль позвоночника, произносит мое имя так, что ноги подгибаются, подкашиваются колени.

Моя пальцы тонут в его огромной ладони, воспламеняются от жара, что исходит от смуглой кожи.

Распорядитель начинает озвучивать текст, но я практически ничего не слышу, воспринимаю слова фоном, словно музыку, льющуюся отовсюду.

Кажется, здесь есть еще гости. Краем глаза отмечаю несколько расплывчатых фигур. Однако меня мало занимают приглашенные. Никого не рассматриваю.