Сказка на ночь

 — Понимаю, сейчас мой поступок кажется ужасным, но если бы вы знали детали, возможно, посмотрели на ситуацию иначе.

Брат мрачнеет, но ни единого слова не произносит. Вижу, как он стискивает челюсти, сдерживает поток эмоции. Отец ограничивается коротким кивком, однако я замечаю, как резко дергается его рот, будто сведен мучительной судорогой. Папе больно осознавать, с кем я связала свою судьбу, чьею женою стала. Ахметовы принесли в наш идеальный и счастливый мир настоящее проклятье, ворвались, будто ураган, жаждали взыскать плату кровью.

Мой дядя убил сестру Рустама. Тогда Ахметов-старший решил, будто на все имеет права, начал вершить чудовищное возмездие. Забрал мою мать посреди ночи, сказал, когда мне исполнится восемнадцать, я повторю ее страшную участь.

Прошли годы. Близился кровавый час — брат подставил невинную женщину, свою собственную супругу. Он отдал ее в счет долга, таким образом заменил меня.

Столько страха. Горечи. Слез. А теперь я вышла замуж за одного из злейших врагов, за того, от кого множество лет убегала. Но именно он меня оберегал, ограждал от всех бед, скрывался в тени, всякий раз защищал от реальных монстров.

Пришло время открыть карты. Обнажить правду. Конечно, я не расскажу подробности, некоторые вещи придется утаить ради безопасности моей семьи. Нельзя сообщать про орден, объяснять расклад с «Табула Раса». Но кое-что могу выдать прямо.

— Рустам несколько раз спасал мою жизнь, — говорю тихо, но твердо. — Он выручал меня из очень тяжелых ситуаций. Не только сейчас, за последние месяцы. Вообще. В прошлом. Так получилось, мы давно общались. Еще в детстве подружились, но тогда я понятия не имела о том, что он принадлежит к роду Ахметовых. Если мне угрожала опасность, Рустам всегда оказывался рядом.

— Ты с ним общалась? — отец удивляется. — Давно?

— Да, очень, — киваю. — Мне было семь, когда мы случайно столкнулись. Он отогнал от меня разъяренного пса. Мы обменялись парой фраз, а после завязалась дружба.

Олег выдает ругательство. Беззвучно. Однако я улавливаю смысл, читаю по губам.

— Так ты малявкой с ним связалась? — вдруг срывается брат. — Этот здоровый лоб преследовал тебя? Он взрослый, а ты маленькая девочка. Что за хренота?

— Боже, Олег, — невольно кривлюсь. — Мы были детьми. Дружили.

— Знаю я такую дружбу! Твой ублюдок родился зверенышем. Будучи мелким, тебя сразу выцепил. Дьявол, да я же помню, как он тебя схватил. В первую встречу. Выходит, опять таскался, не отвязался. Он тебя трогал? Лапал? Лез к тебе? Говори!

Обхватывает меня за плечи, трясет.

— Олег, прекрати, — останавливает его отец. — Отпусти, сестру.

— Совсем с ума сошел? — бормочу я. — Откуда у тебя настолько больные мысли?

— Это твой упырюга больной! Напрочь отбитый…

— Олег, — повторяет отец, повышая тон.