Моя чужая

— Она не немая, — вскоре изрек водитель, — так что если ты нам сейчас, красавица, не скажешь, откуда ты такая взялась, то мы тебя пристрелим.

Я вздрогнула, пытаясь сделать взгляд менее затравленным. Шутить с ними совсем не хотелось, испытывать на прочность тоже.

— Скоро уже приедем и оторвемся. Да, детка? — я повернулась на голос говорившего.

Это оказался четвертый тип, и его ухмылка заставила меня похолодеть, как и опьяневший взгляд…

Я сидела, не шелохнувшись, а сердце само понеслось вскачь. Кажется, я неосознанно сжала руку мужчины, на котором сидела, с неимоверной силой. Очнувшись, я попробовала сползти с колен незнакомца и продвинуться ближе к двери, но тут же меня довольно больно сжали. Сердце понеслось быстрее, и только из-за онемения конечностей я сейчас не забилась в чужих руках и не устроила прямо тут — в тесной машине — истерику. Но на это просто не было сил, а тело словно парализовало.

— Слав, рот закрой, — спокойно проговорил тот, что был за рулем, — хочешь срок, я тебе его и без бабы обеспечу.

— Да хорош тебе, Влад! Я же просто поугорать... а то трясется вся, как будто мы тут ее трахать собрались.

Я шумно вздохнула, а затем меня за локоть снова заставили повернуться. Я перевела растерянный взгляд на мужчину по имени Захар. Захар отложил упаковку с салфетками. И его взгляд, остановившийся на моем теле, мне вовсе не понравился.

— Как тебя зовут? — спросил он, возвращая свой внимательный взгляд к моему лицу.

— Ярослава, — прошептала я.

Он кивнул, однако затем начал вкрадчиво говорить:

— Сейчас все займутся своим делом, Ярослава: водитель будет смотреть на дорогу, а мы с остальными увлеченно посмотрим в окно. Я дам тебе этот плед, и ты, ради своих легких, разденешься до белья и завернешься в этот плед. Я же даю тебе слово, что ты в безопасности. Здесь тебя никто не тронет, слышишь?

— Я не буду этого делать, — процедила я, смотря на него, — а если ты меня хоть пальцем тронешь, то срок тебе будет обеспечен! — проговорила я отчетливо и громко.

Мужчина лишь приподнял бровь и холодно улыбнулся. Остальные в машине притихли, а водитель даже присвистнул.

Я не успела и моргнуть, как в его кулаке оказались мои волосы, а боль пронзила кожу головы, заставив меня вскрикнуть и автоматически ударить мужчину.

— Эй, Захар! — возмущенно послушалось по всему салону, — у нее шок, хорош!

Я почувствовала чужое тяжелое дыхание на своем лице и замерла. Его глаза были настолько близко, что перед глазами у меня все слилось воедино, и я слышала только его пронизывающий голос.

— Если ты не будешь этого делать, — процедил он, — это сделаю я. Клянусь тебе.