Моё бесконечное падение

Впрочем, секрет его настроения раскрылся уже в автобусе, где он посадил меня к окну, дождался кондуктора, чтобы показать ему билеты, и примостился к моему плечу, мгновенно уснув.

Я неловко поерзала и притихла, боясь потревожить его сон. Уже через час тело затекло и я с ужасом представляла, как пережить еще два часа пути, когда на очередной кочке Кир проснулся и выпрямился в своем кресле, дав мне возможность сменить позу и размять затекшие плечи.

— Сколько я спал?

— Час.

— И ты всё это время терпела, дурочка? Нам ехать еще два часа. Давай, поменяемся местами.

Я не совсем поняла, что это даст, но спорить не стала. Только Кир ловко свернул джемпер, положив себе под голову к стеклу, и подставил мне плечо.

— Не стесняйся. За два часа выспишься.

И снова, не спрашивая, приобнял рукой и притянул к своему телу.

Я закрывала глаза, с удивлением думая, что уже привыкла к его замашкам и запаху. Когда братец не хотел быть вредным, он мог быть очаровательным.

Теперь понятна его бешеная популярность у студенток и сокурсниц.

За два часа тело дико затекло, хотя я несколько раз меняла положение и проснулась уже лежащей на коленях брата. Тот уже не спал, смотрел в окно и бездумно перебирал мои волосы.

Я неловко выпрямилась, смущенно отводя взгляд от Кира и поправляя прическу.

— Что опять тебя вспугнуло? — насмешливо поинтересовался он, разглядывая мое заспанное лицо. — Ты же проходила в школе курс анатомии? Тебя же не это смутило?

Братец выразительно посмотрел вниз на свои топорщащиеся джинсы.

— Кир, не надо, пожалуйста, — прошептала я, нервно оглядываясь на других пассажиров.

— Не буду, если ты перестанешь шарахаться, как будто я тебя им протыкаю, — в тоне братца снова сквозила злость.

Почему? Что изменилось за два часа, что он снова стал гадким?

Я отодвинулась от него подальше, насколько позволяло кресло, но Кира словно это взбесило еще больше.

— Ты минуту назад лежала на мне. Твои губы были в сантиметре от… Ну ты поняла. А теперь кривишься? Я настолько тебе противен? — зашипел он, почти вплотную приближая ко мне свое лицо.

— Н-нет…

— Тогда не шарахайся от меня как от прокаженного, — закончил Кир, обхватил мой затылок и впился в губы злым поцелуем.

Я сидела потерянная и расстроенная, зализывая прокусанную губу.

За что? Просто, за что он так?

Кир отвернулся, расправлял джемпер, натягивал его на широкие плечи и нарочито не смотрел на меня.

Скоро автобус заехал на автостанцию маленького городка, и Кир кивнул на выход. Мы приехали. Но почему-то я уже не чувствовала радостного предвкушения от поездки. Придурок Кир всё испортил…"

"К дому его бабушки мы шли пешком. Я пару раз спотыкалась на неровной дорожке и в неудобной обуви, пусть с небольшим, но острым каблучком.