Моё бесконечное падение

Вот он лег на меня сверху и заглушил возмущенный крик поцелуем, одновременно дико смущая меня слишком откровенными прикосновениями к обнаженной груди.

И все равно, к стыду, неловкости, страху, стало примешиваться испытанное ранее головокружительное чувство лёгкости. Не в состоянии пережить эту странную гамму чувств я закрыла глаза, фактически открыв двери новым запретным ощущениям.

Я острее чувствовала прикосновения Андрея, острее реагировала на глубокие жадные поцелуи. Уши улавливали его рваное дыхание и хриплые стоны. Кожа реагировала на движения его голого тела по моему. Я изгибалась, стараясь поймать это новое неизведанное вторжение между бедер, но джинсы, оставленные на мне, мешали, заставляя хныкать, искать более тесного контакта.

И Андрей понял, чего мне не хватает. Но я оказалась не готова к такому откровенному прикосновению мужчины ко мне.

Вздрогнула, распахнула глаза, уперлась ему в плечи, останавливая сближение.

— Нет! Пожалуйста, нет.

— Ты так на нее похожа, — простонал Андрей и резко подался вперед, заставив меня вскрикнуть от боли.

Больше ничего не напоминало сказку. Не было поцелуев, приятных прикосновения, мягких поглаживаний. Было только болезненное покорение моего тела и мои крики и мольбы прекратить.

Не знаю, сколько длилось мучение. Мне казалось вечность. Я зарыдала, когда мужчина замер надо мной и задрожал, наконец-то переставая раздирать меня изнутри. Он откатился, а я поджала ноги, сопротивляясь его рукам, которые хотели обнять.

Мне были противные его прикосновения. Я ненавидела себя, что позволила одурачить себя и осквернить. Сейчас я чувствовала себя грязной и снаружи, и внутри. Виноватой перед Котом и Киром. Преданной самой собой, что легла в постель с мужчиной без любви.

— Прекрати. Боль пройдет, и в следующий раз всё будет лучше. Тебе понравится.

— Не будет следующего раза, — всхлипнула я, отползая к краю, чтобы забрать одежду и уйти.

— Ну нет, — усмехнулся Андрей, поймав меня за руку. — Мы с тобой договорились. Ты мне верность — я взамен стабильность и защиту."

"Я чувствовала, как перекосилось мое лицо от омерзения. Мне противны были его прикосновения, но согласиться всю жизнь терпеть их снова и снова?.. Нет.

И все же я лежала в постели Андрея, придавленная его рукой и ногой и терпеливо ждала, когда он уснет, чтобы сбежать в свою комнату.

Непоправимая ошибка совершена. И я даже не могу поделиться горем со своими друзьями! Они не поймут, не простят. Даже Кот, который делает сейчас такие же мерзкие вещи с блондинкой, не простит, что я предала его с его же отцом.

Какая я тварь! Наверное, в решение отца, не доверять мне имущество, был здравый смысл. Мной вечно кто-то помыкал, и я могла нарваться на гораздо худшего человека. С Андреем мне хотя бы нравится целоваться.