Молот Пограничья. Книга II

Я в очередной раз сумел щелкнуть по носу тех, кто привык считать себя хозяевами всего Пограничья, но тем самым лишь приблизил день, когда старший Зубов плюнет на все и просто-напросто заявится в Гром-камень со всеми тремя сыновьями и сотней гридней.

Задумавшись, я не заметил, как в руке сам по себе зажегся Огненный Шар. Пламя — не обычного цвета, а яркое, почти белое — с негромким шипением крутилось в пальцах, будто требуя немедленно пустить в ход родовую магию. Не просто защитить дом и родню, а сделать так, чтобы угроза никогда не вернулась снова.

Сжечь! Обратить в прах! Отряд, деревню, село… Все Пограничье от Кузьминки до далекой границы зубовской вотчины на западе — если потребуется! Оставить от Гатчины, Извары и Елизаветино дымящиеся развалины и печи, сиротливо тянущие к небу черные от копоти трубы.

В прежнем теле я без труда сумел проделать бы все это в одиночку. В этом…

В этом придется постараться.

Злость настойчиво требовала выхода, и я не придумал ничего лучше, чем снова прогуляться вдоль берега. И почти сразу наткнулся на лежащего в обгоревшей траве здоровяка в новомодном крутом камуфляже — разумеется, том же самом, которым щеголяла вся зубовская дружина. В первый раз я просто прошел мимо, но теперь решил рассмотреть тело получше. Форма кое-где покрылась копотью, однако присев на корточки, я все же сумел разглядеть на плече небольшой прямоугольник. Чуть темнее рукава вокруг. Видимо, за лето ткань успела слегка выгореть на солнце, и только в одном месте…

— Не это ищешь?

От неожиданности я едва не подпрыгнул. Никогда не замечал за Горчаковым талантов перемещаться тихо, однако на этот раз он подошел почти без шума. И уже протягивал мне ладонь, на которой лежал кусок толстой ткани, неровно прошитый ниткой по краям.

До боли знакомая черная птица на фоне широких полос, синей и желтой. Шеврон.

Точно такой же формы, как прямоугольник на форме у покойного громилы.

— Ленка в лесу нашла, — пояснил Горчаков. — Там, за деревьями, метров двести отсюда… Что думаешь?

— Да чего тут думать — и так все понятно, — усмехнулся я, поднимаясь на ноги. — Спороли с одежды, чтобы не дай Матерь чего не вышло. Зубовы теперь скажут — его сиятельству Ольгерду Святославовичу вольники лесопилку подпалили, а наших там не было.

— Допросить бы этих. — Горчаков кивнул в сторону пленных. — Может, чего и расскажут. И потом в Орешек, к градоначальнику. Пусть порядок наводит."

"— Наведет он, как же. Зубовы Петра Петровича крепко за… за одно место держат. Ему шеврон показывать без толку. — Я на мгновение задумался. — Но я, кажется, знаю, кого все это заинтересует.

Глава 10

— Надо же… огневолк. — Жихарь покачал головой. — Видать, и правда необычный вы человек, Игорь Данилович, если такую тварь приручили.