Мороз.К.О. - мэр Елкино (СИ)

Нет у меня года, — хрипло откашливается. — Мне надо дочь пристроить. Она — единственное, что у меня осталось. Миллионы эти, антиквариат — все ей одной достанется. Другая бы в Куршавеле зависала, как у Гордеева старшая, а моя вот к тетке съехала. Просто не повезло.

— Еще как повезло, — тут же не соглашаюсь. — Ника замечательная девушка. Лучшая.

Он разводит руки в стороны. Мол, что есть, то есть.

— Хорошо. Дайте мне полгода, — тут же поднимаюсь.

— Лады.

— Полгода. И мы поженимся!..

Лицо Коновала становится серьезным.

— Или Ника возвращается в Москву и выходит замуж за Гордеева.

— По рукам, — тяну ладонь.

Ника-Ника-Костяника. Ну, держись. Залюблю.

— Да, я попрошу тебя ничего не сообщать дочери. Иначе она выскочит за тебя из вредности.

— Из вредности мне самому не надо, — соглашаюсь. — За это можете не переживать.

— И никакого секса!..

— Чего-чего? — усмехаюсь.

— В смысле, просто предохраняйтесь.

— А… это понятно. Я так и планировал.

Несмотря на свои тридцать один, даже робею и мнусь. Что за люди эти Коноваловы? Тут дело жизни и смерти, а они вечно про свои презервативы?..

— Может, все-таки отобедаешь со стариком? — после рукопожатия интересуется.

— Нет, спасибо. Я пойду… Всего доброго.

— Константин, еще вопрос к тебе, — догоняет уже у двери.

— Слушаю вас внимательно, — разворачиваюсь.

Он прищуривается хитро.

— У вас там в Елкино… пары гектаров леса не будет? Ну, случайно?..

— Пары гектаров? — озадачиваюсь.

— Пары составов.

— Пары составов?

— Чуть-чуть дровишек... Мне ребят на зоне побаловать немного.

Охренеть.

— Хорошо. Позвоните мне, я отправлю контакт лесопилки, — сухо отвечаю.

— А без этого... никак? По-семейному.

— Венцеслав Алексеевич… — скрипя зубами, строго произношу. — Это незаконно.

Будущий тесть машет на меня рукой и кривится.

— Иди уже… Порядочный какой. Аж жуть.

Забираю куртку у официанта и выхожу из ресторана с полным ощущением, что меня только что хорошенько поимели. При этом абсолютно счастливый.

В общем, ох уж эти Коноваловы!

Что отец, что дочь...

Однохерственно!!! Ощущения те же...

Глава 39. Мэр... сломался!

Спустя три месяца

— Ничка, — слышу из другого конца коридора и нервно закатываю глаза. — Коновалова, блин!..

Домой хочу!

В Елкино!..

Апрельское солнце зовет скорее на улицу, чтобы погреть, а душа просится к любимому мужчине. Я вообще стала ужасно скучной, но при этом бесконечно счастливой.

— Ну, что еще?.. — огрызаюсь.

Вцепившись в сумку, разворачиваюсь и, продолжая двигаться задом наперед, на ходу застегиваю куртку.

Юлечка, моя коллега, тараторит так мило и заискивающе, что я все понимаю: хочет, чтобы я ее подменила. Раньше я часто шла на уступки, но с тех пор, как отделение в начале февраля открыли, все время всем отказываю.

Это коллег неимоверно раздражает. Начались конфликты.