Мракокрад

– Какие же вы БЕЗНАДЕЖНЫЕ, – отчитала их Жемчуг, отпихивая Глуби́ну в сторону. На миг он испугался, что сестра прочла его мысли. – Ты что, ни разу драконихи в жемчугах не видал? Нельзя их надевать вот так, а то плавать не получится. И вообще, любой знает, что лучшего всего двойная обмотка на шее. Надо только подтянуть вот тут и оставить вот так…

Она занялась украшением Индиго, пока та, смущенная, не смела шевельнуться.

– Ну вот, – сказала наконец Жемчуг, отступив и победно кивая самой себе.

– Ничего не изменилось, – заметил Глубин.

– Спасибо, – поблагодарила Индиго Жемчуг, пока та не набросилась на брата. – Я правда очень тебе благодарна.

Жемчуг дернула хвостом, отмахиваясь:"

"– Отблагодаришь меня тем, что отвлечешь двоюродного деда Горбача, если он попытается зажать меня в угол и накормить байками про славные старые деньки: «Помнится, когда я сам был молодым да горячим, мы каждый день лакомились нарезкой из воришек. Но вот скажи мне, куда они все подевались? Не поумнели же! Кто-то срывает мне поставки воришек! Какие-то мелкие зубастые иглобрюхи, будь они неладны», – идеально подражая ломкому старческому голосу Горбача, проворчала Жемчуг.

Индиго хихикнула:

– Кто-то должен ему наконец сказать, что он, наверное, сам все и съел.

– Только не я! – отозвалась Жемчуг.

– И не я, – со смехом добавил Глубин.

– А вот эту свою странную штучку оставь, – посоветовала Жемчуг Индиго, махнув кончиком хвоста в сторону Пузырька. Индиго, разочарованно поморщившись, все же пересадила осьминога с головы на насест в своей части комнаты.

– Сиди тут, – строго велела она питомцу.

Пузырек моргнул с невинным видом. Понимает ли он хоть что-то из сказанного? В одно время питомец вел себя идеально послушно, а иногда делал все с точностью до наоборот. Глубин даже задумывался, не оттого ли это, что он забыл приделать осьминогу уши.

Жемчуг еще раз внимательно посмотрелась в зеркало, а Индиго – только сейчас сообразил Глубин – даже не подумала взглянуть на себя в него.

Вздохнув, Жемчуг произнесла:

– Ладно, сойдет. Пошли.

Когда она выскользнули из бунгало в сад, Глубин шепнул Индиго:

– Выглядишь потрясающе.

– Как кальмар, который пытается сойти за морского конька, – смеясь, ответила Индиго. Подмигнув Глуби́ну, она поспешила вслед за Жемчуг сквозь дождь из белых жасминовых лепестков.

Глубин с улыбкой последовал за ней. Впереди ждал очередной королевский прием, пир, на котором можно от скуки челюсть свернуть. Как же хорошо, что удалось затащить на него Индиго.

Что бы Глубин без нее делал?

* * *Когда они явились, родители – Манта и Риф – уже были на террасе, у фуршетного стола, и смеялись. Кузены – Гребешок и Поток – тоже пришли, вместе с отцом, дядей Угрем.