Мужчина моих грез

— Великолепно? Мне кажется, в этом особняке люди теряются и умирают, а их даже никто не ищет.

Глаза подруг встретились при этих словах, и они засмеялись.

— Умирают, Тифи?

— В любом случае не мешает подумать о таком варианте. — Они опять рассмеялись. Тифани уступила и не стала продолжать спор. — Хорошо, я думаю, что с такой внешностью, как у тебя, совсем не невозможно выйти замуж за герцога. Ты уверена, что стремишься к этому браку?

— Да. Эмброз Сент-Джеймс может начинать считать свои последние холостяцкие деньки.

— Боже мой, я и забыла, что ты назвала коня в его честь.

Меган подмигнула.

— Вот именно.

Они опять расхохотались, но на этот раз их веселье было прервано появлением Кребса. Он объявил, что прибыл его светлость Тайлер Уотли. Меган подарила ему сияющую улыбку.

— Доброе утро, Тайлер! Если вы подождете меня буквально минуту, чтобы я успела одеть берет, мы сразу же отправляемся.

Девушка прошествовала мимо, не получив никакого ответа. Тайлер стоял, потрясенный улыбкой, которой она его одарила. Тифани спрятала свою улыбку за чашкой, приятно удивленная, что его остолбенение не вызвало у нее никакой ревности.

Она только заметила:

— Тайлер, надо уметь держать себя достойно, иначе Мег вновь обойдется с тобой гадко.

Молодой человек засунул руки в карманы и ответил:

— Нет, я не завидую тому мужчине, который добьется ее руки.

— Этого человека уже выбрали. Будем надеяться, что он добьется не только ее руки, но и ее любви.

Тайлер изумленно поднял брови:

— Кажется, я упустил какие-то важные события между вчера и сегодня.

— Да ничего особенно важного. Тебе никогда не приходило в голову, что ты будешь жалеть герцога?

Глава 3

— Мне кажется, мистер Браун, вы слишком уж много предосторожностей принимаете. Идти пешком. Фредди бы лопнул от смеха, если бы увидел меня.

Мортимер Браун с отвращением взглянул на шедшего рядом верзилу. С тех пор как они покинули Кент, он только и слышал, что жалобы. Его, однако, предупреждали об этом.

— Вам не пришлось бы идти пешком, если бы вы взяли с собой другую лошадь, как я и предлагал.

— Ты слышишь, Цезарь, как тебя оскорбляют? — обратился Девлин к коню.

Мортимер мрачно взглянул на жеребца, которого вел под уздцы Девлин, — ему показалось, что тот всхрапнул в знак согласия, но решил все же придерживаться голых фактов.

— Путешествовать ночью, как мы делали до сих пор, — это одно, мистер Джеффриз. Ночью нас никто не видит. А вот ехать на такой отличной лошади днем такому мужлану, как вы, — это значит привлекать к себе ненужное внимание и вызывать ненужные вопросы. Вы же здесь не для того, чтобы привлекать внимание, а для того, чтобы исчезнуть.

— Вы хотите, наверное, извести меня до смерти, — ответил Девлин.