Мы выжили! Начало

Осмотрелся… в углу у окна буржуйка, несколько стопок напиленных на дрова досок. На буржуйке большой алюминиевый чайник, рядом с печкой армейская тумбочка, на которой пара эмалированных кружек, и начатая коробка пакетированного чая. У двух стен по лавке, несколько стульев и тускло горящая единственная лампочка под потолком. Подошел еще раз к двери в другую комнату и подергал, зарыто все же.

— Ну что, может чаю тогда? — спросил Вовка, приподняв крышку чайника, — вода есть, сейчас только дровишек подкину.

— Давай, — кивнул Палыч. Было заметно, как он нервничает, и хоть сейчас готов сорваться и побежать искать своих родных… в любом состоянии, живых или мертвых, но понимает, что здесь он получит более исчерпывающую информацию о них, или хотя бы подскажут в каком направлении начинать поиски.

— Тепло, — Маша сняла бушлат, шапку и положила на лавку.

Дверь открылась, вошел рослый майор и чекистской проницательностью, медленно переводя взгляд посмотрел на каждого из нас.

— Здравствуйте… Ну, кто первый на собеседование? — спросил он, сняв и повесив бушлат на вешалку у двери, а шапку бросил на лавку.

— Здравствуйте, — поднялся с табурета Палыч, — я первый.

— Прошу, — майор достал связку ключей и прошел к запертой двери.

Через пять минут собеседования с Палычем, дверь открылась, и майор обратился ко мне:

— Не затруднит вас, спуститься в дежурку и передать, что Зиновьев срочно вызывает начальника службы размещения.

— Хорошо, — кивнул я и вышел.

Спустя десять минут пришел такой старикан «торопыжка», весь суетливый какой-то. Он стремительно вошел в кабинет, не закрыв за собой и не обратив на нас никакого внимания, быстро постучал по двери за которой шло собеседование, и, не дождавшись ответа, также стремительно вошел. А еще спустя минут пять они Палыч и старикан вышли.

— Мои живы! Все живы, — радостно сообщил Палыч, и постучав по корпусу радиостанции в кармане добавил, — на связи на нашем канале.

— Хорошо, — ответил я.

Они ушли, а из-за открытой двери раздался голос майора:

— Давайте все заходите… чего уж."

"Собеседование затянулось почти на час. Мы по очереди рассказали «краткую биографию» до и после катастрофы, Зиновьев что-то уточнял, записывал в толстую общую тетрадь. Когда мы рассказали о засаде, которую устроили преследователям, он достал из планшета карту и попросил показать место. Затем он вкратце рассказал об укладе жизни в Ангарске, после чего спросил о наших планах.

— Дальше поедем, — ответил я.

— Ваше право конечно, — ответил Зиновьев, — но нам нужны тут специалисты… вот вы например строитель?

— Да.

— А вы детский врач?

— Да, — кивнула Маша.

— Очень пригодились бы вы тут… и для учителя дело найдется, и даже для боцмана.

— У нас другие планы…

— Я понимаю.