На грани безумия

Я подумала о том, что, пока меня не было, на город снова обрушился смертоносный ураган. Стихийное бедствие повторилось. Казалось, природа никак не может успокоиться в своей жестокой расправе с человеком. По всему моему телу пробежала нервная дрожь. Я лихорадочно начала читать дальше. Но лучше бы я не видела этой газеты и этой статьи, потому как дальше в ней указывались места, которые подверглись, наибольшему удару стихии и среди них была долина, в окрестностях которой находился дом крёстной и Макса. Как я поняла, она пострадала больше всего, что вызвало множество разрушений домов, которые впоследствии были снесены. «Макс и крёстная», – пронеслась у меня в голове ужасная мысль, охватив меня до мозга костей.

«Нет, только не это», – уже гнала я от себя ненавистные мысли. Я должна немедленно поехать туда. Немедленно, чтобы убедиться, что с ними ничего не случилось. Я должна видеть всё собственными глазами. Нет, я вовсе не собиралась врываться к ним в дом. Но посмотреть хотя бы издали и убедиться в том, что они все живы, что с ними ничего не случилось, я могла. Я вскочила со скамейки, газета в этот момент выпала у меня из рук, и, как обезумевшая, бросилась к месту происшествия. Моё сердце каждый раз замирало от одной только мысли: «Живы ли они?»

Глава XXXI

Несмотря на то, что в газетной заметке говорилось о том, что стихийное бедствие обрушилось на здешние края примерно месяц назад, с языка людей по-прежнему не сходили слова об этом происшествии, оставившем неизгладимый след.

Все они говорили одно: что этот ураган был страшнее предыдущего, что он свирепствовал целых три дня и что нанёс природе неизгладимый урон. Что на этот раз было ещё больше подтоплено домов и унесено много человеческих жизней."

"– Близится конец света, – проговорила в задумчивости одна старушка, укутанная в тёплый клетчатый платок, опершись на костыль. Она сидела на скамейке возле остановки и была неподвижна в своей задумчивости. Её морщинистые руки нервно подёргивались, а губы, вокруг которых обозначилось несколько глубоких морщин, что-то начали шептать:

– Да, это нам наказание за наши прегрешения, за всё человеческое зло и непонимание природы. Только если бы это понимали люди. Как бы изменился тогда мир, как бы изменилось всё, вокруг…

Она тяжело качала головой, по-видимому, не веря в действенность своих мыслей. На мгновение у меня в голове промелькнула мысль, что я уже где-то слышала эти слова, и не раз.

Всю дорогу меня не покидала одна мучительная мысль, и чем ближе был конец моего пути, тем сильнее меня охватывало беспокойство.

Долгий и утомительный путь был проделан, мои ноги, наконец, коснулись благодатной земли. Перед моими глазами предстала та самая долина, которую я желала и одновременно боялась всем сердцем увидеть.