На грани безумия

Все последующие дни я старалась не показываться Максу на глаза. Меня до сих пор терзало чувство стыда и опрометчивости моих мыслей, которые тогда сыграли со мной злую шутку. Поэтому я уходила в колледж как можно раньше, пропуская завтрак, а приходила поздно вечером, подолгу задерживаясь в библиотеке колледжа, стараясь с головой погрузиться в учёбу и хоть как-то отвлечься от мрачных мыслей.

Но быть изгоем вечно, как известно, невозможно…

Глава XIV

За всеми этими перипетиями и волнениями я не заметила, как наступил мой день рождения. Я и думать о нём забыла."

"Весенним ярким утром я почувствовала, как тонкий сладкий аромат едва доносится до моего обоняния. Я всё ещё боялась открыть глаза, потому как мне чудилось, что это прекрасный чудесный сон, но открыв их и окинув комнату рассеянным взглядом, я застыла… Потянувшись на локтях, я присела в кровати. Признаться, такого я ещё не видела в своей жизни.

Вся моя комната была усыпана великим множеством алых роз: розы были на столе в вазе, на кровати, ими был усыпан весь пол, вся дорожка, даже моя подушка, с которой я приподнялась, была усеяна этими ароматными цветами.

Неожиданно приоткрылась дверь и, в следующую минуту, вошёл Макс.

– С днём ангела, Кристи, – сказал он со светлой улыбкой на лице и присел с краю на мою кровать.

– Как тебе? – спросил он, взглядом указав на множество цветов в моей комнате.

– У меня нет слов, – находясь всё ещё в восхищении, ответила я. Затем, словно вспомнив о чём-то, я отвернулась. Заметив мои чувства, он взял мои руки и, проникновенно заглянув мне в глаза, произнёс:

– Кристи, прости. Я не знаю, что на меня нашло тогда. Я был вне себя. И был не прав. Это даже не те слова, для такого поступка. Я чувствую, что сильно обидел тебя.

Я покачала головой и сказала в задумчивости:

– Разве можно обижаться на чувства людей, они говорят лишь то, что думают и чувствуют.

Его руки дрогнули.

– Откуда ты можешь знать, что я чувствую?

– Ты прав, – наконец подняв на него глаза, сказала я. – Не могу, и ты дал мне это отчётливо понять.

Я чувствовала, что мой голос отказывается сейчас меня слушать, и тяжело отвернулась в сторону, пытаясь взять себя в руки, а когда мне, наконец, удалось это сделать, я снова посмотрела на него, но уже со слабой улыбкой. – Всё хорошо, – сказала со смирением я. – Каждый путник должен знать свой путь.

– О чём ты, Кристи? – глядя мне в глаза, спросил он.

– Так, ни о чем, – сказала я и попыталась выбраться из кровати, но он остановил меня и, взяв за плечи, произнёс:

– Я и не думал, что могу настолько сильно ранить тебя, Кристи.

– Не стоит, тем более, что ты был прав, заблуждаться по поводу чужих чувств непозволительно. Иначе однажды может настигнуть… Что, впрочем, и случилось, – тихо сказала я.