На пятьдесят оттенков темнее

Он наклоняет голову набок и смотрит с опаской, оценивая мою реакцию. Потом снова возвращается к коробке. Разрывает бледно-голубую бумагу и выуживает полумаску, несколько зажимов для сосков, анальную затычку, свой айпод, серебристо-серый галстук и, наконец, ключ от игровой комнаты.

Он смотрит на меня с мрачноватым и непонятным выражением лица. Дьявол. Может, я зря это сделала?

– Ты хочешь поиграть? – тихо спрашивает он.

– Да, – с придыханием говорю я.

– В честь моего дня рождения?

– Да. – Это краткое слово я выговариваю совсем тихо.

Мириады эмоций отражаются на его лице, и ни одну из них я не могу определить. Мне становится тревожно. Хм-м… Я ожидала совсем не такой реакции.

– Ты уверена? – спрашивает он.

– Только без плеток и подобных штучек.

– Понятно.

– Тогда да. Я уверена.

Он качает головой и разглядывает содержимое коробки.

– Ненасытная сексуальная маньячка. Что ж, я полагаю, мы можем что-нибудь сделать с этим ассортиментом, – бормочет он почти что сам себе и убирает все в коробку."

"Когда он снова поднимает на меня глаза, выражение его лица полностью меняется. Боже мой, его глаза горят, на губах играет медленная эротичная улыбка. Он поднимает руку.

– Ну, – говорит он, и это не просьба.

Внутри у меня все сжимается, крепко и резко, глубоко-глубоко. Я кладу свою руку в его.

– Пойдем, – приказывает он, и я следую за ним. Мне страшновато. Желание горячей волной бушует в моей крови, а мои внутренности изнемогают от предвкушения. Наконец-то!

Глава 21

Кристиан останавливается у двери игровой комнаты.

– Так ты уверена в своем решении? – спрашивает он и устремляет на меня взгляд, затуманенный страстью, но чуть встревоженный.

– Да, – шепчу я с робкой улыбкой.

– Назови то, что ты не хочешь делать, – ласково говорит он.

Я сбита с толку таким неожиданным вопросом, и мой мозг лихорадочно подыскивает ответ. Мне приходит в голову только одно.

– Я не хочу, чтобы ты меня фотографировал.

Он замирает и наклоняет голову к плечу; его глаза смотрят задумчиво и жестко.

О черт… Я жду, что он меня спросит, почему не надо. К счастью, не спрашивает.

– Ладно, – бормочет он и, морща лоб, отпирает дверь, встает в стороне и пропускает меня в комнату.

Я чувствую на себе его глаза. Он входит следом и запирает дверь.

Положив коробку с подарком на комод, он достает айпод, включает его, затем делает взмах в сторону музыкального центра на стене. Дверцы из дымчатого стекла бесшумно раздвигаются. Он нажимает какие-то кнопки, и шум поезда метро эхом проносится по комнате. Он убавляет звук; медленный, гипнотический электронный ритм становится приятным фоном. Поет женщина.