На пятьдесят оттенков темнее

Я с готовностью разрываю упаковку и, когда он ложится рядом, медленно надеваю резинку. Он хватает меня за руки и перекатывается на спину.

– Ты. Сверху, – приказывает он. – Я хочу тебя видеть.

Да!

Он сажает меня верхом, и я нерешительно подчиняюсь его рукам. Он закрывает глаза и приподнимает бедра мне навстречу, наполняет меня, растягивает. Когда он делает протяжный выдох, его рот образует круглое О.

Как приятно – обладать им, отдаваться ему.

Он держит меня за руки, и я не понимаю, то ли чтобы поддержать, то ли чтобы не позволить дотрагиваться до него, несмотря на «дорожную карту».

– С тобой так приятно, – мурлычет он.

Я опять приподнимаюсь, опьяненная властью над ним, и гляжу, как Кристиан Грей медленно выходит из меня. Он отпускает мои руки и берется за бедра, а я хватаюсь за его предплечья. Тут он резко входит в меня, вынуждая меня закричать."

"– Вот так, малышка, почувствуй меня, – произносит он напряженным голосом.

Я запрокидываю голову и направляю все свое внимание на его ритмичные движения. Как хорошо они ему удаются!

Я двигаюсь – в идеальной симметрии противодействуя его ритму, – и все мои мысли и резоны куда-то улетучиваются.

Я вся – ощущение, растворенное в океане удовольствия. Вверх и вниз… еще и еще… О да! Открываю глаза и, прерывисто дыша, смотрю на него сверху вниз. Он тоже глядит на меня горящими глазами.

– Моя Ана, – шепчет он.

– Да, – задыхаясь, вторю я. – Навсегда.

Он громко стонет, закрывает глаза и запрокидывает голову. При виде пришедшего к финишу Кристиана я тоже поспеваю за ним – громко, бурно, долго, а потом без сил падаю на него.

– Ох, малышка, – стонет он и разжимает руки.

Моя голова покоится на его груди (на запретной территории), курчавые волосы щекочут мне щеку.

Я вся горю, никак не могу отдышаться и с трудом перебарываю желание вытянуть губы и поцеловать его кожу. Он гладит мои волосы, потом его рука скользит по моей спине, ласкает ее. Между тем его дыхание восстанавливается.

– Ты очень красивая.

Я поднимаю голову и гляжу на него. С недоверием. Он тут же хмурит брови и быстро садится. От неожиданности я чуть не падаю, лишившись опоры. Он поддерживает меня своей сильной рукой. И вот мы уже оказываемся нос к носу.

– Ты. Очень. Красивая, – повторяет он назидательным тоном.

– А ты иногда бываешь удивительно милым. – Я ласково целую его.

Тут он выходит из меня. Я недовольно морщусь – жалко расставаться. Он успокаивает меня нежным поцелуем.

– Ты ведь даже не сознаешь своей привлекательности, верно?

Я краснею. Зачем он говорит об этом?

– Все те парни, которые ухаживают за тобой, – разве не убеждают тебя в этом?

– Парни? Какие парни?

– Тебе перечислить список? – хмурится Кристиан. – К примеру, фотограф.