На инстинктах

Как вообще можно было её ударить? Была бы моя воля ещё раз грохнул бы. Удавил бы суку, заставив помучаться напоследок.

— Нормально всё, Дем, — похлопал Сора по плечу. — Главное, что драгоценная твоя цела.

Я вскинул взгляд и увидел горечь, с какой может смотреть только тот, кто утратил в своей жизни кого-то важного. И почти отзеркалил эту горечь в ответ.

— Нормально.

Уже через полчаса Гвоздь прикрыл меня перед начальством, позволив разобраться с Аней. Кукла уже переоделась и привела себя в порядок, слесарь менял замок, а я всё размышлял над тем, как жизнь подбросила мне очередную порцию дерьма.

— Отвезёшь меня к Свете?

Обернулся и взглянул в огромные печальные глаза.

— Нет, к Свете ты точно не поедешь, кукла. Отвезу к себе.

Я увидел смятение во взгляде, сменившееся упрямством. Кукла приоткрыла рот, чтобы ответить отказом, но нахмурилась о отвела глаза, проиграв борьбу со здравым смыслом. Игра эмоций в этих двух сердцах океана поражала.

— Толмачёва знает о моём общении со Светкой, — кивнула девушка. — И знает, где она живёт.

Усмехнулся и в пару шагов сократил расстояние между нами, чтобы обнять Аню.

Сейчас это казалось важным.

— Рад, что не пришлось тебя уговаривать.

24

Я старалась не задумываться. Не вспоминать событий ушедшего дня, чтобы не погрузиться в пучину отчаяния, время от времени застающего врасплох. Не думать о той, кого полжизни любила и защищала от нападков других. Не искать её мотивов и не осуждать. Всё было, как было. Оно ушло, оставив мне только тик настенных часов в чужой квартире, пропитанной запахом мужчины, захватившего в плен мои чувства.

Стас ушел практически сразу, как привёл сюда. Наверное, чувствовал мою неловкость, когда я с осторожным любопытством изучала простой интерьер жилой квартиры.

Минимализм во всём. Именно так я себе представляла одиноких военных, в чьей жизни нет радости уюта.

Он только сказал, что есть у него дома нечего, но в холодильнике водятся полуфабрикаты. Погладил большим пальцем по щеке и ушёл, шепнув на ухо, что вернётся через пару часов. И эти пара часов закончились.

На плите остывали макароны с сыром и свекольные котлеты, найденные мной в морозильнике. А есть не хотелось. Думала в первую очередь только о том, что он будет голоден.

Усмехнулась.

Наверное, стоило бы завязать с привычкой думать о других."

"В стенах этой квартиры давило одиночеством. До тоски. Как он здесь живёт? Я поднялась со стула и пошла в комнату, чтобы скоротать время за изучением личных вещей Стаса. На глаза тут же попалась рамка с фотографией, уложенная лицом на столешницу тумбы. Слой пыли сказал, что перевернули её достаточно давно. Пальцы коснулись гладкой деревянной оправы, перевернули и поставили, как должно быть. С фото на меня смотрели три пары глаз.