Вдова в январе

— Вот что я придумала… — сказала она и выжидательно взглянула на руки Карлиса. В одной он держал чашку, а второй быстро размешивал сахар ложечкой. — Карлис может мне помочь… Если только согласится…

— Слушаю с большим интересом, — резко отозвался Карлис, но Мудите не уловила в его голосе ни ненависти, ни презрения, хотя он и вложил все это в свои слова.

— Сударыня, я и сам вас провожу, — вмешался Рудольф, предчувствуя продолжение.

— Ни в коем случае. Только Карлис может поехать со мной… Он мой школьный товарищ… И у Жирака не будет причин для глупых подозрений, для которых, как ты, Рудольф, сам знаешь, нет никаких оснований…

Рудольф не выказал удивления, только в глазах можно было прочесть: а ты, женщина, далеко пойдешь!

— Без бутафории даже самый лучший театр не смотрится! — громко сказал Димда.

— У меня в альбоме должна быть фотография нашего класса… — заметила Мудите.

— Он не поверит, что ты так поздно едешь со встречи Нового года! Ты, Карлис, в принципе согласен?

— Ты этого хочешь? — Карлис спокойно взглянул в глаза Мудите.

— Так определенно будет лучше! — И она опустила глаза.

— Без декорации этот номер не пройдет. — Рудольф плеснул в свой кофе бальзама, предложив остальным, но те отказались. — Если бы можно было еще раздобыть шубу Деда Мороза и свернуть ее в узел! Сразу каждому видно, что действующие лица возвращаются с работы. Или набить какую-нибудь большую коробку блестящими елочными игрушками… Слушай, Карлис, возьми вот это ружье и сунь в карман пистонов жевелло. Скажешь, для аттракциона надо было…

— Ничего не надо, вполне достаточно, если Карлен поедет со мной! — Мудите встала и направилась к вешалке.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Инспектор Бертулис, прозванный друзьями «магистром гражданского права», так как в угрозыск он попал из университета по распределению и не скрывал, что по истечении трехлетнего обязательного срока уйдет отсюда, поскольку решил специализироваться в области авторского права, расставил картотечные ящики Рудольфа Димды на письменном столе в кабинете, который он называл своим, так же как и три его товарища. Случалось, что они одновременно вызывали для допроса свидетелей, и тогда здесь царила такая же толкотня, как в летнее время у бочки с квасом.

Сейчас, поздним вечером, все было темно и тихо, только в длинных коридорах горели тусклые дежурные лампочки.

Фотоархив Рудольфа Димды был в идеальном состоянии: маленькие черные квадратики в строгом, хронологическом порядке, к каждому конвертику приклеена полоска бумаги с датой и местом нахождения объекта. «1.IV.78. — Олайне», «4.IV.78. — павильон „Фоторекламы“», «5.IV.78. Сад скульптур», «3.V.78. — Река Огре в Эргли возле усадьбы „Грантыни“».