Нахал

– На самом деле он не любит дни рождения. Никогда не отмечает. Говорит, какой смысл, если никто не радовался его появлению на свет?

На глаза навернулись слёзы. Стиснула кулаки, чтобы брат не услышал, с каким трудом даются слова.

«Обещаю: ты, я и наш малыш будем устраивать самые громкие праздники! Наверстаем за все потерянные годы! Будем отмечать каждый божий день!»

Мы с братом договорились встретиться вечером, но до этого нужно уладить еще множество дел. Вздрогнула, когда в дверь неожиданно постучали.

– Ангелина, ты захворала? – улыбнулась невысокая приятная женщина в розовом платье.

– Наталья Валентиновна? – растерянно заправила за ухо прядь волос, лихорадочно придумывая способ от нее избавиться.

Наталья Изосимова – семейный врач Королевых, она возглавляет небольшую частную клинику в нашем поселке и занимается нетрадиционной медициной. Справедливости ради, за последние четыре года я не приняла ни одной таблетки. Её настои и травки-муравки творили чудеса.

– Олег Борисович очень обеспокоен вашим здоровьем. Ротавирус – это не шутка. Я принесла кое-что… Всего одна бутылочка – и будете как новенькая! – травница протянула мне небольшую склянку с жидкостью такого же цвета, как и её платье.

– Спасибо, но мне уже пора, – наигранно улыбнулась, выпроваживая женщину в коридор.

Из вежливости я прогулялась с ней до ворот, обдумывая, куда слить розовую микстуру. В моем нынешнем положении не стоило принимать всякие подозрительные жидкости. Изосимова скрылась в воротах. У меня за спиной раздался тихий протяжный лай.

– Бадди, мой мальчик! – собака уткнулась мне в ногу. После смерти Людвига Бадди был сам не свой. Мы уселись на крыльце: гладила огромную добрую псину, понимая, что только по ней и буду тосковать. Жаль, нельзя забрать Бадди с собой. – Ничего, малыш… Всё будет хорошо. Только слушайся Олега, ладно? Во всем его слушайся… – Пес протяжно заскулил. Открутила крышку на бутылке, чтобы полить кусты, как вдруг пес играючи выбил склянку из рук. – Проказник!

Я расхохоталась, глядя на то, как он принялся пробовать розовый сироп.

Спустя полчаса собрала чемодан, переоделась и вышла во двор.

– Бадди? – удивленно уставилась на спящую собаку, устроившую себе привал там же, где я её оставила. Взгляд устремился на пустую банку из-под розовой микстуры, по коже разлился озноб. – Вот черт… – потрясла пса, но он даже не пошевелился.

В эту секунду в кармане завибрировал телефон. Открыла входящее сообщение и ахнула, обнаружив фотографию внедорожника Эда, сделанную, очевидно, скрытой камерой.

Ноги подкосились. Я опустилась на крыльцо рядом с Бадди. Спустя секунду раздался звонок. Даже не взглянув на дисплей, поднесла айфон к вспотевшей щеке.

– Твой телефон прослушивался, а за машиной велась слежка.