Нахал

– Еще и трусливая… – презрительно покачал головой.

– Дай пройти, – прошептала сурово.

– …Но ты мне нравишься…

Всё произошло за считанные секунды. Эдик залетел в кабину, прижимая меня к стене. Сумка рухнула на пол. Его мощное тело придавило с такой силой, что я даже пошевелиться не могла. Ноги стали ватными. Наглец взял меня за лицо, одурманивая магнетическим взглядом янтарных глаз. Лифт взметнулся ввысь, а земля ушла из-под ног. Я зажмурилась, когда он прислонился к губам. Но не поцеловал. Просто обнюхивал, елозя заросшими щеками по каждому сантиметру кожи. Похититель оперся на руки, нависая как гора. Нас обоих лихорадило. Бесов протолкнул колено между моих ног, и мы соприкоснулись кожа к коже. Клитор пронзил разряд. Только тут дошло, что сосед в одном банном халате на голое тело.

Голое тело…

Влажный кончик языка нажал на впадинку между губ, и я не смогла сдержать стон. И тогда его рот обезумел…

Он оказался везде: Эд принялся сжирать мои щеки, губы, подбородок, осыпая короткими ненасытными мучительными поцелуями…

– Да-а… – прохрипел, когда наши языки встретились."

"Неделю. Я не испытывала этого неделю. Мы целовалась в засос еще, кажется, вечность. Яростно, безудержно, будто боролись. Его дыхание жгло. Нежная плоть в трусиках больше походила на влажную сахарную вату. Клитор пропускал через себя микроскопические разряды тока. Ток-ток-ток.

Усердно вылизывали друг друга, пока до меня не дошло, что лифт снова остановился. Эд нехотя оторвался от губ, и я почувствовала во рту мятное послевкусие. Его поцелуи действовали на тело, как наркота – хотелось ширяться ими до потери пульса.

– Ты очень сильно провинилась. – Одной рукой он удерживал шею, другой стиснул задницу.

– Ты это заслужил. – Складочки между ног трепетали от возбуждения.

– Я всё объясню, когда мы доберемся до квартиры. Не знаю даже, как будешь отрабатывать… – Литые мышцы перекатывались под пальцами, а твердый бугор упирался в бедро.

С каждой секундой я заводилась всё сильнее.

– Что-о? – озадаченно пробормотала, почувствовав его ладонь между ног.

Эд оттянул кружевную ткань, нападая на чувствительную плоть.

– Мокрота моя, – рассмеялся в лицо, дразня ногтем припухшие складки.

Его пальцы увязли в моей влаге. Запрокинула голову, когда он медленно проскользнул внутрь изголодавшегося тела.

– Хорошо-о. Только умоляю – не здесь…

Собственный голос показался чужим. Я превратилась в безвольный воск в его руках, растворилась в каждом умелом прикосновении. Другая рука Беса проникла в вырез на груди. Он потрогал сосок и задышал чаще.

– Не здесь… – прошептал утвердительно.

Его взгляд захватил в плен. Вздрогнула, когда дернул мои трусики, так, что они слетели вниз по ногам, и, приподняв за попку, заставил обвить его ногами.