Нарушая ПОРЯДОК (Альфа-8)

Ночь превратилась в ослепительный день, налетевшая волна пламени швырнула меня назад.

Снова минус щит.

Жестокий удар о стену, треск каменной кладки.

И темнота.

Сознание отключилось.

Глава 8

Сон, или?

Не знаю, как долго я пребывал в отключке. Да и неважно.

Важно то — где я очнулся.

Явно не в Мудавии. В этой нищей засушливой стране столь яркая зелень если где-то и встречается, то не в таких количествах. К тому же растения незнакомые, хотя на первый взгляд ничего необычного в них нет.

Круглая полянка посреди рощицы невысоких деревьев с пышными кронами.

Цветов видимо-невидимо, бабочки порхают, пчёлы жужжат, птички щебечут, солнышко ласково светит с чистейших небес.

Сидящий передо мной в позе лотоса седой старик произнёс, не открывая глаза:

— Приветствую тебя, человек двух миров.

Только тут до меня дошло, что это всего лишь сон.

Лишь один человек в Роке может знать, что я здесь не первую жизнь проживаю. И я не уверен, что он до сих пор жив.

Потому что год за годом пытаюсь его отыскать.

Чтобы не осталось ни одного знающего.

Болтать с персонажем сна — так себе затея, но я не торопился думать о пробуждении. Очень уж это место мне понравилось, да и никакой угрозы не ощущается. Уникальный для моей второй жизни случай, когда на душе покой и почему-то твёрдо уверен, что никто этот покой не потревожит.

— Ты похож на старого мастера боевых искусств из старого гонконгского боевика самой дешёвой категории, — невежливо ответил я на приветствие, но тут же почему-то усовестился: — Извини, я просто неудачно пошутил.

Глупо оправдываться перед персонажем осознанного сновидения, но счёл, что так будет правильно.

— Человек, чего ты хочешь? — неожиданно спросил старик.

— Это к чему вопрос? Ты тут что, желания выполняешь?

— Нет, я просто интересуюсь, чего ты хочешь от жизни. От этой жизни. Ты получил шанс, о котором другие даже не мечтают. Но как ты распоряжаешься этим шансом?

— Да, в общем-то, никак не распоряжаюсь… Старик, я всего лишь пытаюсь выжить. Думаешь, это так просто? Желающих меня прикончить хватает, к тому же в этом мире везде всё устроено одинаково: если не сумел устроиться наверху, на тебе начнут ездить все те, кто сумели.

Свободы не будет, даже твоя жизнь так или иначе будет принадлежать кому-то другому. Здесь считаются только с сильными, вот мне и приходится усиливаться.

— Никто, никогда и нигде не свободен, — заявил на это старик. — Абсолютная свобода невозможна.

— Может и так, но лучше к ней стремиться, чем подохнуть не дожив до пятидесяти нищим батраком в голодный год или рабом в грязном хлеву.