Наследница (СИ)

Саша бросила взгляд на часы, без десяти семь, а потом на выход в зал. Первой, показалась Алиса, даже возвращаясь, она все равно пыталась отвлечь внимание Артема, указывая куда-то, запинаясь. А вот он, явно злился. Затаив дыхание, Саша следила за тем, как охранник бросает взгляд на совершенно уже пустой столик… Бедная Алиса, мужчина посмотрел на нее так, будто жить ей осталось ровно столько, на сколько он собирается растянуть удовольствие от ее убийства. И даже напоминание о сроке, которое, Саша знала точно, крутится у подруги на языке, уже бы не помогло.

— История давняя, семнадцать лет прошло, но я каждый день вспоминаю ее именно такой.

— Семнадцать лет после чего? — отвлекшись на наблюдение, Саша пропустила мимо ушей последнюю его фразу.

— Насти не стало семнадцать лет тому.

Саша опустила взгляд, потеряв на какое-то время дар речи. Семнадцать лет. Не вчера, не год, не два. Семнадцать лет она ждала и одновременно ненавидела ее. Ждала возвращения, оправданий, просьб забыть и простить. Семнадцать лет она делала это впустую.

Она пропустила еще десяток важных, а может бессмысленных фраз Шутова.

— Я не знаю, где она похоронена, — девушка обращалась не так к нему, просто это вдруг показалось важным.

— К сожалению, я тоже, — Шутов осушил стоявший перед ним бокал.

— Но откуда вы тогда…

Вопрос задать Саша не успела, лежащий на столе телефон завибрировал. Она схватила его раньше, чем Аристарх успел бросить взгляд на экран. Ярослав. Оглянувшись, она заметила и пристальный взгляд Артема, вернувшегося за столик, и извиняющийся Алисы, хотя она и сделала больше, чем Саша надеялась.

— Простите, — улыбнувшись, Саша встала. Сбросить — значит спровоцировать Яра на приезд, а потому, лучше отвечать. Но делать это нужно без посторонних ушей.

— Понимаю-понимаю, конечно! — подозвав официанта, Аристарх попросил снова наполнить бокал, тем самым, давая добро на передышку.

— Алло, — Саша взяла трубку, только оказавшись в дамской комнате.

— Лучше скажи, что Артем что-то не понял.

— Я должна узнать!

— Что? — даже по телефону сдерживать злость у него не сильно получалось, от интонации Яра, Саша непроизвольно дернулась.

— Он знает, кое-что о моей матери.

— Женщине, которая тебя бросила, — из его уст, это звучало особенно жестоко. — Ты обычно так ее называешь, — а вот это уже удар ниже пояса. Да, она не послушалась, да, поступила наперекор его очередному приказу без объяснений. Но черт побери, неужели вся ее жизнь с ним должна состоять только из его «я так сказал»?

— Пошел ты.

— Если через десять минут, ты не садишься в машину, я приезжаю сам.