Наследница (СИ)

Вечно сияющая синтетическая улыбка, пугающий по-детски наивный взгляд, неужели ради него мама когда-то решила разрушить их семью?

— Не так внимательно, Александра Константиновна, — голос в наушнике заставил вздрогнуть, быстро отводя взгляд. Да. Она не должна забываться. Простодушная, милая дочь умершего товарища. Вот кто она, и вести себя нужно соответственно.

Вокруг зазвучали аплодисменты, двое скрипачей, виолончелист и пианист вышли на сцену и сказка началась. Сказка для тех, кто пришел сюда слушать музыку, различать низкие вибрирующие звуки, издаваемые виолончелью, жалостливые ответы скрипки и редкие выступления на первый план величественного рояля.

Это было бы красиво, несомненно красиво, не чувствуй Саша себя так паршиво, здесь сейчас, в этой компании.

— Придем сюда еще раз, — Алиса склонилась к уху подруги, — разберемся с этим всем и придем.

Благодаря подругу за поддержку, Саша улыбнулась. «Разберемся». А она ведь даже не подозревала, как ей повезло в жизни. Что бы Алиса себе не думала о вине за Францию, Саша-то знала — подруга никогда не оставит ее один на один с бедой по собственному желанию.

И сейчас, она тоже была не одна, Алиса, Ярослав, Артем. Люди, которых еще недавно она даже не знала, теперь значили так много.

Пауза, длинной в один вдох, заставившая всех в зале, даже тех, кто успел уже отвлечься, снова вскинуть взгляд на сцену, и квартет ставит финальный аккорд в очередной пьесе. Роль же дирижера, сегодня, кажется, взял на себя Аристарх или Роман, Саша уже даже не знала, как правильно его называть.

Мужчина не отрывался от созерцания сцены ни на секунду, лицо реагировало на любые изменения настроение исполнения, он блаженно улыбался, заслышав мажорные аккорды, и взволнованно морщился, стоило музыкантам перейти в минор.

Теперь Саша разглядывала его уже без особой опаски — он слишком был увлечен, чтобы реагировать на нее. Тут и сейчас в компании он не нуждался, да и вряд ли осознавал себя одним из сотен, в огромном зале. Так казалось Саше ровно до тех пор, пока мужчина не оглянулся.

— Великолепно, не правда ли? Я, наверное, хотел бы умереть под такую же музыку.

Удивительно, но их желания совпали с точностью до одной тысячной. Саша с удовольствием бы посмотрела, на то, как его мечта сбывается тут и сейчас.

Выступление длилось больше двух часов, утомив даже самых стойких, но как оказалось — с последним аккордом вечер для них не заканчивался.

— Мы ведь хотим выразить благодарность гениям, не правда ли?

По правде — нет. Выражать благодарность не хотелось совершенно, но вопрос негативного ответа не предполагал.