Наследница (СИ)

Если бы ты не пришёл…

Спросила, путаясь в словах и ненавидя себя за это. Оказалось, очень трудно называть вещи своими именами.

— Змейки, конечно, — Абаль приподнялся на локте здоровой руки, склонив к плечу бедовую голову. — Я же говорил тебе о биосочетание человека с аллелем янтарной змеи. Я не солгал.

Да, она припоминала что-то такое. Давно, ещё в Чернотайе, когда она дышать боялась в его присутствии. Кажется, они играли в одну из ее методик. Угадай правду.

— То есть, все эти садовые змейки…

— Мои."

"Абаль рассмеялся. Для человека на грани магического истощения он выглядит слишком весело.

Ясмин это очень не одобряла, но ум шел дальше, отыскивая всех пропущенных в своей жизни змеек. Одна из них цапнула Верна. С другой она секретничала про уменьшительно-ласкательное Абаля. А третьей в самую морду рассказывала про расплодившихся братьев. Наверное, эффект был ошеломительным, как если бы она шепнула все это Абалю на ухо. Какая-то змейка телепалась по поместью, когда Примул отгонял ее от Верна. Получается, эта змейка все слышала, если не дура, а после прошуршала к хозяину с докладом.

Ясмин едва не взвыла.

— Ты! — от возмущения сорвался голос. — Ты подслушивал!

Абаль смотрел на неё серьёзными глазами и не увернулся, когда она занесла руку для пощечины. Занесла и опустила. Разум взял верх. Абаль и не думал отворачиваться, наоборот, словно подставлял под удар гладкую кремовую щечку.

На что сердиться? Он бы и так рано или поздно все узнал. Наоборот, так даже лучше. Она не нарушила клятву, и Абаль знает, почему она ее дала. Вдвоём бороться с наваждением легче. По телу прокатилась волна мурашек, концентрируясь в ногах.

— Что ж, — сказала она медленно, — Теперь ты знаешь. Братик?

Абаль хмыкнул. Испортил трогательный момент.

— Не больше, чем Хрисанф. А вот Верн тебе действительно приходится братом по отцу.

Ясмин не поняла.

— Только не говори мне, что Примул тебе не отец. Это все-таки Варда, а не Санта-Барбара.

— Что такое Санта-Барбара?

Ясмин отмахнулась.

— Я скорее поверю, что ты змея целиком, чем в измену твоей матери.

— Мама никогда не изменяла Примулу, — согласился Абаль. — А Примул действительно был моим отцом. Во всяком случае отцом этого тела.

* * *

Сколько он себя помнил, отец всегда хотел его немного улучшить. Абаль был лучшим в детской учебной группе, лучшим в экспериментальном круге юных воинов, лучшим на курсе, лучшим в ведомстве. Лучшим в Астрели.

Лучшим в Варде.

Увы он не был лучшим статистически. Бересклет из века в век порождал сильнейших из человеческой породы. И где-то прямо сейчас в Чернотайе росли сорной травой эти неведомые дети, превосходившие его эвентуально. Он проигрывал математике в голове отца.